Последний тур. История третья. Золотое проклятие Качинского

Парень смышлёный, толковый, но прагматизма в нём было через край. Прагматизм это неплохо, но вот когда он вперемешку с пренебрежением к окружающим, это недобрая смесь. У Качинского это было. Он и женщин то не очень жаловал. Считал их существами низшего уровня.

– Простите, – перебил при этих словах Куваева Василий, – это он вам говорил или вы сами сделали такой вывод?

– Он говорил. Я часто с ним беседовал. Мы в общежитии тогда встречались почти каждый вечер. Я в ту пору развёлся и перешёл жить в рабочее общежитие.

– Он просил?

– Да, он просил посодействовать.

– Извините, что перебиваю вас, – извинился Василий.

– Я понимаю. Вы перебивайте, если что—то вас особо интересует. В общем, вы понимаете, что собой представлял Валера Качинский. У него была какая—то цель. Не знаю какая, но шёл он к ней невзирая ни на что. Жёстко шёл. Дисциплинированно. В этих стенах он был безупречным работником. Он ни разу за много лет не опоздал на работу.

– А за этими стенами? – спросил Василий.

– А за этими стенами он вёл себя иначе. Он был как будто в какой—то оболочке. Если кто—то пытался проникнуть внутрь его мира, он грубил, унижал, мог кинуться в драку. От его интеллигентности не оставалось и следа. Он не любил никого. У него не было близких людей. Разве что его собаки. И то, последнюю он продал.

– Получается, он дружил только с вами?

– Не дружил он со мной. Он со мной разговаривал и учился у меня.

– И вы ничего не знаете о его друзьях?

– Нет! Разве что Зина.

– Какая Зина?! – хором спросили Куприянов и Егоров.

– Не какая, а какой. Зиновий. Зиновий Бабурин. Он тоже поступил в техникум вместе с Валерой. Они вместе приехали сюда после армии. Но Бабурин потом перевёлся на экономический курс. Тогда это было странно.

– Почему?

– Парень – бухгалтер. Поэтому его студенты и стали звать Зиной.

– И что, он никак с этим не боролся?

– Боролся. Зиновий парень крепкий, здоровый. Раз его за драку отчислить хотели. Но оставили. Тогда Валера мне рассказывал про эту ситуацию. У меня сложилось впечатление, что Качинский имеет очень серьёзное влияние на Зиновия.

– А где Бабурин сейчас.

– Вот этого я не знаю. Валера мне о нём больше не рассказывал. Фамилия, имя есть. Найдёте.

– Найдём, найдём, – что—то записывая в блокнот, сказал Егоров.