Последний тур. История третья. Золотое проклятие Качинского

Без труда его нашёл и, постучавшись, открыл дверь. В кабинете у стола сидел мужчина. Он обернулся и посмотрел на Василия маленькими колючими глазами. Посетитель был крепкого телосложения, невысокого роста, брюнет с волевым загорелым лицом. На голове кепка в стиле «милитари». На ногах высокие армейские ботинки, в которые заправлены брюки цвета хаки, с обилием нашивных карманов.

– Здравствуйте! – обратился к незнакомцу Василий. – А капитан Гаврилов где?

– Не знаю! Сам жду, – ответил мужчина и отвернулся.

– А вы кто, – продолжал расспрашивать мужчину Василий, – тоже оперативник?

– Нет! – с недовольством буркнул мужчина, не поворачиваясь в сторону Василия.

– А кто?

– Посетитель.

– Свидетель или потерпевший? – Куприянов не оставлял затеи разговорить незнакомца.

Но посетитель повёл себя странным образом. Он резко встал и, отодвинув Куприянова, вышел из кабинета. Даже не вышел, а вылетел. Василий хотел вслед убегающему задать ещё вопрос, но тот так стремительно шмыгнул на лестничную клетку, что Куприянов не успел.

– Чего вы хотели, – спросил Василия Гаврилов, подойдя к двери своего кабинета.

– Я хочу с вами поговорить как опер с опером.

– А! Это типа мы одной крови, – с ехидной ухмылкой сказал Гаврилов.

– Насчёт крови не знаю, но служим одному делу. Может, пригласите в кабинет? Не в коридоре же разговаривать.

– А мы, подполковник, не будем разговаривать. У меня нет времени на пустые разговоры.

Смотря в глаза Стасу Гаврилову, Василий почувствовал жгучую неприязнь собеседника к себе. Чем она была вызвана неясно. Скорее всего, тем, что Куприянов представлялся Гаврилову в виде грозного препятствия к быстрому раскрытию дела об убийстве Качинского. Бессмысленно было искать путь к налаживанию контакта.

– Ладно, – Василий сбросил с лица маску вежливости, – тогда коротко и о главном.

– А то что?!

– А то я вернусь. И радости тебе от этого не будет. Пока, капитан!

Василий не дал возможности Гаврилову бросить последнюю реплику. Он, так же как и посетитель, быстро удалился.

Вечером, возвращаясь в гостиницу, Василий думал, рассказать обо всем, что происходило сегодня Людмиле или промолчать.