Депутат

Был начскладом. Распродал пол-армии. Его хотели вроде как судить, а тут Союз распался. И он стал честным бизнесменом. Ну не честным, ладно. Вроде с бандосами ровно был. Кто-то очень дерзкий его уработал. Ладно, мчись, раскрывай по горячим следам, так сказать.

С этим напутствием старшего товарища Андрей вышел из кабинета и проследовал в дежурную часть, где уже собралась вся следственно-оперативная группа.

Глава 2

Прибыв на адрес, молодой оперативник увидел у подъезда патрульный «уазик». Около машины курили два пэпээсника и мужчина лет сорока.

– О, прокуратура уже тут, – сказал напарник Андрея, младший опер по имени Слава. Слава, надо сказать, был огромным крепким бурятом под два метра ростом. «С таким ничего не страшно», – подумал про себя Андрей.

– А кто это? – спросил он уже вслух, обращаясь к Славе. Но тот выскочил из машины и побежал здороваться.

– Это следователь прокуратуры Пыкин Николай Иванович. Самый, наверное, нормальный следак, – вмешался эксперт Женька. – Когда на тебя возбудят уголовное дело за превышение служебных, молись, чтобы дело вел Пыкин.

– Спасибо, Жека, за добрые пожелания. Пошли работать, что ли, – ответил Андрей.

Около квартиры с номером шестьдесят пять они обнаружили молодого рядового патрульно-постовой службы. Дверь в квартиру была приоткрыта.

– Соседка из квартиры шестьдесят четыре нашла и позвонила, – сообщил рядовой. И добавил: – Она дома, если что.

– Понятых найди пока, – велел следователь Пыкин, обращаясь к сотруднику ППС.

– Так, дайте-ка мне посмотреть, – пролез вперед, всех распихивая своим чемоданом, эксперт Женька. Подойдя к входной двери, он поставил чемоданчик на пол. Открыл его. Достал резиновые перчатки. Надел их и начал деловито осматривать входную дверь. Потом переключился на замок. Через пару минут сообщил:

– Ну, видимых признаков взлома я не вижу. Более точно можно будет сказать после экспертизы. Скорее всего, сам открыл.

Группа дождалась понятых, и все вместе вошли в квартиру.

В нос ударил тошнотворный запах. В гостиной на полу лежал труп мужчины лет пятидесяти. Его руки были связаны за спиной. Из одежды – семейные трусы. На груди стоял утюг. У окна – второй труп. На этот раз женский. В одной ночной сорочке, видимо из шелка. Руки также связаны сзади, за спинкой стула. Голова безвольно опущена на грудь. Светлые кудрявые волосы закрывали лицо. Как потом сообщит судмедэксперт, женщина умерла от остановки сердца.

– Ну что ж.