Туманный рассвет. Книга первая. Январь 2026-го

Судя по наличию вооруженной охраны, эти люди здесь собрались не по своей воле, а после выполнения трудной работы им дали время и место погреться у огня…

Первый конвоир Кочи кивнул одному из охранников:

– Змей, зови главного. Гостя привели.

В фойе бывшей администрации карьероуправления было тихо, только уголь потрескивал в печи. Люди молчали, устремив воспаленные глаза на вошедших. «Да, здесь очень тепло. И почему Дед не разместил общину тут? И уголь под боком, и места много»,– подумал Коча, глядя на груду топлива у печи.

«Интересно, а куда они дели остальной ?» -не оставляло в покое хозяйственное скупердяйство.

На лестничном пролете показались двое; охранник молча занял свое место, а вновь прибывший, русобородый, холеный мужчина, с порядочным излишком лишнего веса, без очков и шлема, видимо, только что выдернутый из объятий отдыха, судя по помятой, недовольной физиономии, в сорочке и штанах болотного цвета, предстал перед Кочей, с интересом глядя на него сверху вниз. Потом кивнул на конвоира:

–Почему руки связаны?

–Он вооружен был, Матвей.

Вот что при нем нашли. А повязали его на вагоне с углем..

Бородатый Матвей бегло скользнул взглядом по добыче Кочи. При виде разодранной трофейной одежды его густые брови взметнулись вверх. Он брезгливо поскреб ногтем окровавленный рукав бушлата:

–Это же Гены Дикого шмот..– И обращаясь к Коче, спросил :

–За что ты его, тварь?

Пока тот обдумывал происходящее, Матвей схватил Кочу за лицо, сдавил.

Его пальцы, мягкие, слабые, без мозолей и царапин, пахли табаком и какой-то едой.

–Отвечай, ублюдина, когда тебя спрашивают, – зло цедил бородач, но пленник не понимал, что от него хотят.

–Постой, Матвей,– второй, более рассудительный и спокойный конвоир, Шатун, вывел Матвея из фойе под лестничный пролет и понизил голос. – У него в санях лом и топор нашли, без следов крови. Огнестрел только трофейный, но не стреляный.

–А это как ты объяснишь? – Матвей рванул тесемку рюкзака, забитого провизией.

 – Это же пайка Дикого, щас продснаба позову, он подтвердит, что утром выдавал лично ему…

– Да ты на него посмотри! – не сдавался Шатун. – Одежда чистая, обувь....твою мать! На нем же ботинки Гены…

Матвей окончательно проснулся. Скривив Шатуну мину, означавшую, видимо «Ну, а я о чем говорил?», он обвел глазами толпу в фойе:

– Этим перекус, полчаса на отдых и – на второй вагон. А его, – он ткнул пальцем в Кочу, – на верх ко мне.