Чёрный сон. Ягура

– Здесь есть определённый секрет, – Никита отодвинул друга от двери и внимательно осмотрел бронированную поверхность.

– Дай лазером попробую, – Семён взял у Никиты оружие и нажал на курок. Тонкий луч упёрся в поверхность, но она даже не нагрелась.

– Не трать заряд. Если её можно было прожечь лазерным лучом, это сделали бы давно.

– Как же открыть?

– Может, приложить куда-нибудь палец, она сосчитает ДНК и чудесным образом распахнётся? – усмехнулся Никита.

– На ней нет пластины, куда следует приставить палец, – изучив всю дверь, серьёзно заметил Семён.

– Тогда она не здесь открывается, – подытожил Никита, забирая свой бластер.

– И где же?

– С какого-нибудь бункера. Он должен находиться неподалёку.

– А вдруг надо сказать волшебное слово, – пошутил Семён.

– Именно: «Сезам откройся».

– Типа того.

– Хорошо, ты пока поговори с дверью, а я бункер поищу.

Никита осмотрелся. Вокруг были одни развалины. Крошево из камня и металла заполняло всё пространство. Было мёртво и жутко.

Но и сюда пробралась жизнь. Кое-где рос полупрозрачный кустарник. Бесцветные стебельки моментально съёживались от направленного на них света. Им не нравилось, что их тревожили, а некоторые из них даже выплюнули в сторону людей капельки зеленоватой жидкости. Не надо было быть провидцем, чтобы понять, что это яд.

– Интересная флора, – Семён увернулся от целого града смертоносных капелек. – А какая ж здесь фауна?

– Философский вопрос, – ухмыльнулся Никита. – Здесь всё пронизано голодом, и это не мудрено, жить в полной темноте, хрен что отыщешь.

– Не так уж здесь темно, – Семён поднял взгляд к тёмным сводам. – Свечение хоть и скудное, но было.

Никита пригляделся и тоже заметил сполохи призрачного огня. Где-то на камнях гнездились бесчисленные колонии фосфоресцирующих бактерий.

– Освещение есть, но не для наших глаз… хотя, привыкнуть можно, но свет бластера пока выключать не стоит, – Никита вздохнул, понимая, что аккумуляторная батарея в любой момент может разрядиться.

Гл.5

Алёнка почему-то постоянно испытывала голод. Она давно бы использовала на мясо своих спутников, но где-то внутри её организма говорило, что это неправильно. Эти люди шли с ней, и у неё появилось некое чувство ответственности за них. Кровосос Марик так же страдал, как и своя хозяйка, но ослушаться её не мог и не сосал кровь у этих бедных людей тёмными ночами. Изредка у Алёнки получалось сбить камнем птицу или догнать зайца, но этого было мало.