Чёрный сон. Ягура

Никита попытался его удержать, но тот легонько дал ему локтем по зубам. Губа треснула, но кровь не пошла, похоже совсем загустела. А Семён уже плескался в воде, довольно хохотал, булькал горлом. Бедный, он сошёл с ума! Никита сел на корточки и с апатией слушал его безумства, он решил не дать себя обмануть галлюцинациям!

Внезапно почему-то холодный и мокрый Семён подскочил к Никите, как щенка схватил его за шиворот и бросил в ледяную воду.

– Пей! – рявкнул он и чувствительно ударил его по уху. От неожиданности Никита глотнул.

Боже! Вода! Он начал судорожно пить умопомрачительно вкусную жидкость. Сознание просветлилось, сила вернулась в тело и душу.

– Не увлекайся! – грозно рыкнул Семён.

– Знаю, – словно отрезвев, согласился Никита.

Затем он просто нежился в воде. Кожа впитала влагу, и мозг полностью очистился. Никита с благодарностью посмотрел на друга, а тот стоял рядом, в его руке пылал факел, а в глазах виднелась тревога:

– Ещё немного и нам были бы кранты. Просто здорово, что на станции вода.

– Станция? – Никита огляделся по сторонам.

Они находились в большом зале, до боли напоминающий московский метрополитен. Здесь были колоны и каменные скамейки, а у заброшенного строения виднелись массивные железные двери. Вдали угадывался переход на другую линию и там темнел силуэт широкого туннеля. На рельсах тускло блестели вагоны и локомотив. Из обвалившейся стены с тихим шелестом текла вода и заполняла выемку в бетоне, это счастливое обстоятельство и спасло жизнь мужчинам.

Вокруг было очень тихо, только слышалось едва уловимое журчание воды. Всё вокруг запущенно, никто и ничто не нарушало покоя заброшенной страны подземелий. Конечно, станция была пустынной, но мысли рисовали образы монстров, прячущихся в развалинах.

– Она обитаема и это не животные, – неожиданно прозвучал голос Семёна.

– С чего ты взял? – Никита вылез из лужи и отряхнулся, как собака. Ему стало холодно, даже зубы начали выдавать предательскую дробь.

Костёр нужен, хороший, чтобы одежду высушить и немного отдохнуть.

– Около той разбитой будки куча различного хлама: доски, какие-то тряпки, шкуры, кости, детали от механизмов. Неужели не видишь? – указал факелом Семён.

Он вытянул его над головой и осветил какую-то груду мусора. Действительно, в ней прослеживалось нечто рукотворное. Мужчины подошли к куче хлама и в благоговении остановились около неё, как два бомжа перед помойкой, даже смешно стало.