Чёрный сон. Ягура

Странно, что их не встретил.

– Так я на рыбалке с утра.

– И как лов, сын?

Неожиданно в камышах послышался треск ломающихся стеблей. Ярик несколько смешался, затем уверенно произнёс:

Папа, знакомься, это Лиза, – из спутанных зарослей показалось смазливое личико большеглазой девушки.

– Здрасте… а мы тут рыбку решили половить, – она застенчиво улыбнулась.

Никита сурово свёл брови:

– А не рано… э-э-э… рыбалкой заниматься?

– Что ты имеешь в виду? – лицо сына вспыхнуло от негодования.

– Ничего я не имею в виду, – Никита понял, что допустил бестактность.

 – А почему не в школе? – он лихо ушёл от неудобной ситуации.

– Папа, ты меня удивляешь, уже неделя как каникулы!

– Ах, да… запамятовал, – Никита смутился, но продолжал с интересом смотреть на очаровательную девушку.

Она отряхнула свой костюмчик из шкуры косули, перекинула через плечо изящный лук:

– Ярик, пожалуй, я пойду, – она несмело глянула на его отца из прикрытых ресниц.

– Лиза, подожди! – Ярик так насупился, что Никита понял, что идти надо ему.

– Вы тут осторожнее, здесь омуты. Рыбаки говорят, сома четырёхметрового видели. Такой и человека утащить может.

– Мы не собираемся купаться, – Ярик улыбнулся, поняв, что отец ищет путь к отступлению. – Маме скажи, мы к ужину придём… с рыбой. Пусть зелени нарвёт, я сам её приготовлю.

– Взрослеешь, – неопределённо произнёс Никита.

– Я давно умею готовить, – не понял его мыслей сын, а Лиза скромно опустила взгляд.

– Хорошо, я маме скажу. А ты не застуди девушку, раз до вечера решили остаться.

– Я костёр разожгу, – счастливо улыбнулся Ярик.

– До свидания, дядя Никита, – радостно прощебетало большеглазое чудо.

Никита понял, и она его выпроваживает, но весьма тактично. М-да, сын взрослеет, быстро летит время, не успеешь оглянуться, и можно превратиться в ворчливого деда. От такой перспективы Никита даже закашлялся, поправил на ремне широкий меч и почувствовал, как привычно сжались мышцы и буграми пробежались под кожей.

Он с облегчением понял, до деда ему ещё далеко. Он легко взбежал на пригорок и с удовольствием глянул на прекрасный для его сердца город. Дома утопали в зелени, почти все крыши покрыты красной черепицей, дороги вымощены плоскими булыжниками, сбоку проходил городской водопровод, изготовленный из обожженных глиняных труб. Всюду сновали повозки, запряжённые быками, а иногда и лошадьми. У центральной площади виднелся рынок. Там ютились магазинчики, кафешки и столовые.