За последним порогом. Паутина. Книга 3

Девушки сердечно расцеловались – ну у этих-то эмоции в самом деле соответствуют. Женщины часто радость встречи только изображают, а для эмпата очень неприятно ощущать диссонанс реальных чувств и демонстрируемых. Но Ленка с Анетой по-настоящему дружны, и вполне возможно, что Ленка действительно согласилась бы терпеть её в семье. У меня такая мысль несколько раз мелькала – Анета и в самом деле мне глубоко симпатична, – вот только слишком уж много проблем от этого возникло бы, да и не отдаст её Алина в другую семью.

Семья Сельковых уже сидела внутри, за нашим любимым столиком. Очень удачно получилось его занять – трактир был полон. Занятия ещё не начались, у студентов было полно времени для подработок, и соответственно, деньги в карманах водились. Вот во время сессии, да и перед ней, здесь был мёртвый сезон. Если бы не редкие компании денежных мажоров, трактир на время сессии можно было бы смело закрывать.

– Как сессию сдали? – поинтересовался я, пропуская этап приветствий. В конце сессии мы с ними почти не пересекались, так что я и правда не знал, что там у них с результатами.

– Нормально, – ответила Дара. – Почти всё на «превосходно». Правда, у Вани и «приемлемо» есть. По словесности.

– По словесности? – удивился я. – Какая может быть проблема со словесностью, Иван? Тебе что – трудно несколько книжек прочитать?

– Зачем мне это? – махнул рукой. – Бесполезный предмет. Мы же боевики.

– Вы же решили дворянами стать? О чём ты будешь разговаривать в дворянском собрании? О ковке гвоздей? Если ты хочешь стать своим в обществе, должен разговаривать на том же языке.

– Гвозди не куют, – мрачно возразил Ваня, чувствуя неприятный поворот беседы.

– Да я помню, что их на проволочно-гвоздильном автомате делают. Неважно. В общем-то, ты прав – ты вполне можешь прожить без этого. Но вы же наверняка детей планируете? Если тебя не признают в дворянском обществе, твоим детям придётся хлебнуть полной ложкой.

Дара со Смелой резко напряглись. Будущие проблемы будущих детей явно задевали их гораздо больше, чем Ваню.

– Ты говорил, что у тебя отец мещанин, но тебе же никто не тыкает? – привёл Иван убойный аргумент.

– А мне тыкали, – засмеялся я, ощутив и от Ленки волну веселья. – Но видишь ли, в чём тут дело – мало кто способен ткнуть меня происхождением и выжить после этого.