Чёрный сон. Мутанты

В камнях слабо дёргался окунь не менее двадцати килограмм. Вёл он себя странно, вместо того, чтоб плыть на глубину, стремился на берег, лишь камни не позволяли ему это сделать. Лада не стала размышлять, почему он себя так ведёт, нанесла копьём сильный удар. Хрустнула крупная чешуя, окунь сильно дёрнулся и как-то сразу сник. Ликуя, женщина нащупала под его головой жабры, просунула туда пальцы и потащила добычу на берег. Там она бросила свой трофей на искрящуюся гальку и принялась рассматривать огромную рыбину.

А ведь окунь уже был травмирован. Помимо отверстия в спине, которое проделала копьём Лада, в его животе зияла большая дыра. Кто-то уже на него охотился и достаточно недавно, раз окунь был ещё живым.

Ярик наконец-то оторвался от крабов и с криками побежал к своей матери:

– Мама, всё спокойно, акул нет! – и вдруг он увидел огромного окуня.

– Что это? – завопил Ярик.

– Наш обед! – рассмеялась Лада, видя, как округлились от удивления глаза сына.

Никита проснулся от треска сучьев и громкого пыхтения.

Первым в пещеру ввалился Ярик. Он опустил на пол рубашку с крабами и, утирая пот, сел на землю.

– Не понял? – приподнялся Никита, с удивлением глядя на крабов. – А где мама?

– Ой, папа, не спрашивай. Слышишь, она окуня тащит!

Никита только успел подняться, как в пещеру зашла вся потная и красная Лада. Они заволокла огромную рыбину и без сил свалилась у костра.

– Что б я больше по этим горным тропам таскалась с такой рыбой, да не в жизнь! Чуть не надорвалась! А ты тут сидишь, развлекаешься!

– Лада, откуда? Неужели сама убила?

– Нет, чтобы просто поцеловать, он меня вопросами закидал, – возмутилась женщина, но всё же произнесла:

– У самого берега в камнях нашла.

Кто-то на него уже охотился, дыру в животе не я сделала.

– Понятно, – хмуро улыбнулся Никита, – трофей наших старых знакомых. Он у них сорвался и в камнях застрял. Это невероятная удача, моя Ладушка. Неужели нам начинает везти? Ну ты, мать, даёшь! – Никита поцеловал её в губы.

– Я то даю, а ты как-то не очень, – не преминула съязвить жена.

– Ночь не за горами, – шепнул он ей на ушко.

– Рану свою сначала вылечи, давальщик, – строго произнесла она и, вздыхая, произнесла:

– Как теперь мясо сохранить, в жару быстро оно пропадёт.

– Часть запечём, другую закоптим. А остальное порежем на тонкие ломтики и завялим.

– Без соли? – удивилась Лада.

– Я видел недалеко от склонов природные каменные ванночки.