За последним порогом. Паутина

В любом случае, я не собираюсь проверять, насколько она готова подчиняться моим приказам. Вспомни, кто она. Пожелай она стать главой семьи, её право немедленно признали бы все, от князя до последнего писца. Я сам бы первым признал.

Беримир как-то сразу сник, и в глазах у него появилось отчаяние. Здорово же его прищемило… похоже, он всё-таки любит старого козла.

– Я могу только пообещать тебе обсудить этот вопрос в семье, – вздохнул я. – Попытаюсь убедить мать, но если она скажет «нет», то это будет «нет».

– Благодарю тебя, это больше, чем я ожидал, – воспрянул Беримир.

– Не торопись благодарить, – поморщился я. – У моей матери доброе сердце, но она хорошо помнит зло и очень не любит прощать. Я не могу предсказать её ответ, но думаю, что шансы не так уж велики.

– Я понимаю, – опять помрачнел Беримир.

Глава 5

Мы в полном изумлении обозревали высокий забор, тянущийся далеко вдаль в обе стороны от здания заводоуправления.

– Это механическая мастерская? – удивлённо спросила Кира.

– Вот и я чего-то тут не понимаю, – проговорил я в некотором ошеломлении. – Эта мастерская побольше нашего «Милика» будет, а его маленьким никто не назовёт. Демид, – окликнул я своего водителя, – ты нас правильно привёз? С адресом не напутал?

– Ничего я не напутал, господин, – обиделся тот. – Да вон же вывеска рядом с дверью, сами посмотрите.

Начищенная бронзовая табличка рядом с дверями заводоуправления гласила: «Механическая мастерская Ивлич».

– Звучит невероятно, но мы действительно прибыли по адресу, – констатировал я и обратился к Кельмину: – Антон, этой сотни бойцов не хватит, чтобы такую махину контролировать. Свяжись со Станиславом, пусть присылает весь полк. Без тяжёлой техники, естественно, хотя я уже и не знаю, что за сюрпризы нас ждут. А мы с госпожой Кирой тем временем пойдём побеседуем с хозяином этой мастерской на предмет доступа на территорию.

Горан Ивлич, глава семейства Ивлич, мне не понравился сразу же. Выглядел он очень импозантно – благородная седина, золотые очки, очень дорогой костюм, пожалуй, что и подороже моего. Но впечатление портила ненатуральная улыбка, которую он даже не потрудился сделать хоть сколько-нибудь приветливой, и холодный взгляд рептилии.

– Здравствуйте, господин Горан, – приветствовал я его, обводя глазами обставленный с чрезмерной роскошью кабинет.