За последним порогом. Холмы Рима

Но раз уж дело зашло настолько далеко, то похоже, ничего больше нам не остаётся. Шутки кончились. Если мы оставим всё как есть, рано или поздно очередная попытка будет успешной. Ещё что-нибудь?

– Ну, в общем-то, в этом и состоят все наши предложения, – ответила Зайка. – Усилить безопасность.

– Тогда я предложу ещё кое-что, – сказал я. – Все документы должны идти с сопроводительным листом. Когда делопроизводитель принимает документ в работу, он ставит время и подпись. Исправления не допускаются, любое исправление должно заверяться начальником отдела.

В каждом кабинете назначить ответственного, который первым приходит и последним уходит. Ключей у сотрудников быть не должно, запирать и отпирать кабинеты будет охрана.

– Конторские взвоют, – уверенно предсказала Зайка.

– Пока не разберёмся с этими диверсиями, придётся делать так. Мы не можем позволить любому писцу убить завод одним крохотным исправлением. И вам, почтенный Тимофей, следует довести до своих подчинённых, что они должны смотреть, что подписывают.

Пекшин отделался увольнением, но на этом мои запасы гуманизма исчерпались. Следующий провинившийся так легко не отделается, и вы будете наказаны вместе с ним. Вам ясна ваша задача?

– Да, господин, – голос почтенного дал петуха.

– В таком случае вы можете идти. Дальше мы будем обсуждать семейные дела, которые вам неинтересны.

Почтенный Тимофей Немер торопливо и с явным облегчением отбыл. Я дождался, пока за ним не закроется дверь и продолжил:

– Все эти меры – это пассивная защита, а обороной, как известно, битвы не выигрывают.

Нам нужно как можно скорее выяснить, кто наш противник. У кого есть соображения по этому поводу?

– Если позволите, господин, я отвечу, – Ирина Стоцкая раскрыла свою неизменную папку. – Мы долго прикидывали возможные кандидатуры и пришли к выводу, что участие Лесиных маловероятно.

– Верно, – согласился я. – У них хватает своих проблем. Нападая на нас, они ничего не выигрывают, зато рискуют многим.

– Не совсем ясен вариант с Родиными.

– Я думаю, их тоже можно исключить, – покачал головой я. – Со слов Беримира Хомского, фамилия была недовольна нападением на родственников, и новое нападение воспримет очень плохо. Так что не думаю, будто это их рук дело – для них, как и для Лесина, выгод здесь ни малейших, а риск существенный.

– В таком случае, – продолжила Ирина, – у нас остаётся только один вариант, хотя выглядит он довольно невероятно. Это Айдас Буткус.

– Это кто ещё такой? – удивился я.