Жизнь в стиле диско

«Смело, очень смело, – подумала Ольга, – в Ташкенте я б отхватила по полной за такой видок!»

– Ольга, да? – Донников прервал её мысли. – Мы сегодня латышскую «Вару-вару» репетировать будем. Знаешь такой танец?

– Не слышала даже, – она опустила голову.

– Ну, дела? Ты только «Сударушку» танцевала, что ли?

Увидев, что девушка расстроилась, Виктор похлопал её по плечу.

– Ладно, танец лёгкий, быстро выучишь. Не боги горшки обжигают. Становись сзади, следи за движениями и повторяй.

Занятие началось, Ольга едва успела переодеться в уголке.

Через час девушка поняла, что она бестолковый, неумелый танцор! С чего это она взяла, что вообще умеет танцевать? Одеваясь, Ольга увидела приближавшегося к ней молодого человека, чей танец сегодня заставил её ахнуть. Девушка уже знала, что зовут его Семён, по-здешнему, Саймон.

– Как зовут нашу новенькую, которая очень неплохо танцует? – Саймон взглянул на неё своими необыкновенными глазами, большими и красивыми, в таких обязательно должно жить счастье.

– Сегодня всё из рук вон плохо у меня, – вздохнула печально. – Я Ольга.

– Эмоции были настоящие. А это главное в танце. – Саймон взял её сумку, и они вместе отправились к выходу. Вот так, уже почти друзья, а ещё говорят, что дружба – это медленно растущее дерево.

В зале ещё звучала музыка, яркая, яростная, незнакомая, которую хотелось слушать, не отрываясь.

– Какую необычную музыку вы тут слушаете. Что это?

– Виктор балуется, – он прислушался, покачал головой. – Лучше тебе не знать, что это за музыка? Она вне границ дозволенного нам, – сказал, усмехнувшись, как будто спущенную «сверху» бумагу процитировал.

Новый знакомый проводил девушку до метро, раскланялся и исчез, растворился в толпе. А ей тоже надо спешить, у неё впереди ещё одно замечательное дело, долгожданная встреча с Анваром.

* * *

Ранним утром во дворе пустынно и тихо. Только сосед, напевая что-то под нос, бренчал гаечными ключами под капотом бежевой «копейки», да гордая полосатая кошка неспешно прошла мимо. Анвар зажмурился, золотое солнце ослепило глаза. Хорошо! Нет другого времени для счастья, кроме как «сейчас».