Зона Питер. Там, где водятся чудовища

Старый обвел лучом света углы и присел возле сваленных в кучу рюкзаков.

– Похоже, тут перебывало немало бродяг, – заметил он. – Вот чем живет наш хозяин. Мародерствует, сволочь.

– Эй, а где Явор? – спросил вдруг Медведь.

– Он шел последним. – В свете фонаря видно было, как побледнел Бедуин. – Неужто попался той твари?

– Ты еще не понял, что тварь и есть Хрыч? – поинтересовался диверсант. Он аккуратно приоткрыл дверь и выглянул в коридор. – Держитесь вместе, страхуйте друг друга. Пошли.

Вторая дверь справа от комнаты хозяина была заперта.

Друзья заколотили прикладами по рычащему комку, покрытому шерстью. Хрыч отбивался, метко бил сильными руками, пока диверсант не вытянул из кобуры пистолет. Прижав ствол к голове хозяина дома, он спустил курок. Хрыч обмяк, развалился на полу и испустил дух.

– Вот зараза! – выругался Бедуин, освещая лежащее тело.

– Нет, это человек. – Старый осторожно перевернул Хрыча на спину. – Смотрите, на нем тулуп из медвежьей шкуры. Да, правду говорят: у страха глаза велики.

– Но почему он оказался настолько сильным?

– Я думаю, Хрыч давно уже повредился в уме, а душевнобольные бывают необыкновенно сильны физически – у них же психологические блоки отсутствуют, никаких сомнений и ограничителей. То ли смерть друзей его подкосила, то ли он сам их прикончил… Кто теперь разберет?

– Эй, Медведь, ты там живой? – Приемыш свесился через перила и пытался разглядеть, что происходит внизу.

– Жив. Сейчас поднимусь. – Ступени заскрипели под шатающимся сталкером.

– А где же все-таки Явор? – с тревогой спросил Бедуин.

Обыск комнат не занял много времени. Парень нашелся в одной из них, связанный электрическим проводом. Когда сталкер пришел в себя, Старый отправился ко второй двери этой комнаты.

Замок развалился от первого же выстрела, в нос ударила вонь гнилого мяса.

– Никакой он не мародер, – хрипло произнес диверсант, подсвечивая себе фонариком. – Людей он жрал, а не их припасы.

В маленькой каморке висел труп, все вокруг было заляпано кровью, вытекшей из обрубков, оставшихся от ног.

– Вот и наш беглец. Бедолага. – Старый прочел надпись на куртке, надетой на изувеченное тело. – Что ж, теперь все ясно, пошли искать его добычу.