Розовые сны

Антон – И что делать будем?

Я – Да ничего, кровь и остановить можно, ничего страшного от этого нет, не критично ведь.

Антон – Надо быстрее ползти, но аккуратно.

Я – Ага, тут я согласен, но про аккуратность – это точно вряд ли.

Прошло буквально минут 40-50 после того, как мы выбрались из грязи и поползли вперёд.

Сначала мы обрадовались после трёх километров пути, но потом началось новое испытание, почти как испытание огнём.

Всё это время озеро было на солнцепёке, под 40-градусной жарой и постепенно грелось, грелось до кипятка.

Я почувствовал кипяток, когда дополз до первой большой лужи в этом озере, дабы смыть кровь с рук и ног, а также глину и лечебную грязь.

Когда я потрогал пальцем водичку, то понял, что она градусов 80, не меньше, потому что такой кипяток бывает только в горячем чайнике. Будто бы потрогал чайник, но при этом тебе через него надо как-то проползти или пробежать. Мы, конечно, как всегда выбрали второй вариант и резко побежали, при этом с каждым прыжком начинали сильней и сильней проваливаться.

Мы вышли на берег и увидели кучу людей, проходящих мимо, и поняли, что спаслись и с нами всё хорошо.

Нас переполняли эмоции, которые били ключом внутри нас, будто бы мы не осознавали, что было с нами несколько минут назад.

Я тогда вспомнил всех, кого только помнил, потому что в такие моменты всегда страшней всего.

Наш Розовый сон и заключается в том, что мы воспринимаем всё вокруг с кривизной, до того момента, пока адреналин не начинает бить в голову.

Мы вернулись обратно очень поздно, но и не ночью, скорее это был вечер. Мы вернулись, чувствуя в себе неких героев, которые что-то победили, скорее всего, страх.

Тут же много ребят подошло к нам, начали расспрашивать, как мы там и, что мы так долго делали на пляже. Среди тех, кто внимательно слушал эту захватывающую дух историю, была как раз Даша с маленькой сестрой, которые всё это время смотрели только на меня.

После этого наше общение с Дашей начало активизироваться, и мы стали шутить, вместе гулять и всё сводилось к одному, к любви, но я не хотел этого, просто не хотел.

Я не понимал тогда, что такое любовь и отвергал любые позывы людей к ней.

Она открылась мне и сказала, что ей нравится мальчик, я, включив профессионального дурачка, начал говорить, что ей нравится Антон. Она сказала, что да – это Антон.