Я буду ждать тебя в Уиже

Волков, сорокалетний здоровяк, по случаю обеда в шортах и голубой тенниске, с усмешкой заявил:

– Мишаня! Вы в экипаже как хотите. Дело семейное, конечно, но не губите танцы! Не поверишь! Всю жизнь мечтал, чтобы вот так в Африке – и танцы. Зов предков, наверное.

– Сколько Вована знаю – всегда такой! – с гордостью и смехом хвалился Симаков Скворцову, командиру ноль пятого борта, соседу по четвёртому этажу.

Его молодой борттехник Джоник (Сергей Синицин), русый олимпиец в голубой синтетике и кедах, воодушевлённый неожиданно свалившимся застольем, обнял Волкова за плечо и раскинул пальцы веером.

– Кто тут против танцев? Кто на нас с Володей?!

– А-а! Катитесь вы, куда хотите! – махнул рукой Дмитриев, признав, что перегнул палку. – И то верно, кто же против вечеринки, да ещё с «Докторами без границ»?! – ехидно усмехнулся он, и в обнимку с другом Костяном (со спины – меньшая копия), оба в белых теннисках и синих шортах, они гордо двинули к отелю.

На площадке у входа штурман Храмов, с причёской под командира, чуть короче, вывернулся из-под его руки и уточнил:

– Заметьте, мужики, это наш экипаж для всех заработал танцы.

Заручившись поддержкой доброй половины лётного отряда, счастливая парочка сбежала на белом «Лендкрузере», а весёлые летчики бегом рванули по лестнице на четвёртый этаж за вторым обедом и ста граммами «с устатка».

Безымянная улочка в три дома, на которой поселились русские экипажи, после обеда утонула в африканском солнце. Ресторан-кафе «Напротив» ещё хранил остатки утренней прохлады, но постоялый двор «Пара Эстреллас» внутри напоминал пекарню.

Между тем комендант Питер расщедрился – освободил от местных постояльцев левое крыло на верхнем этаже. Там оказались два номера «люкс», уютные, без туалетов, на четыре койки, и один – на две. Командир первого экипажа и лётной группы Валерий Бондарев распорядился заселять народ по спискам. Симакову досталась комната в конце коридора на двоих со штурманом, поэтому Волков с Авдеевым остались в общей комнате на десять душ в противоположном крыле, в неё позднее подселились техники.

– Витёк, не колотися! Тут лучше – балкон на всю хибару. Жить будем скромно, в соседних тумбочках, наземники нас станут уважать.

– Здорово! – радовался Авдеев, что у него такой товарищ, и он остался не один из экипажа. – Вместе хоть в Африку!

– Вместе весело гулять по просторам, – тут же подхватил неунывающий Волков, швырнул большую вещевую сумку к койке под левое окно.