Птенец и Зверюга

 – Ты сам это написал?

– Нет, конечно, – почти безразлично, но в глубине души радуясь успеху, ответил Самолетов. – Писала вот эта рука. А я только следил, чтобы не было чего лишнего. Теперь-то, я надеюсь, награда не заставит себя ждать.

Никита отложил папку в сторону и стал придвигать с недвусмысленными намерениями к девушке. Одновременно он пытался расстегнуть широкий блестящий ремень на ее джинсах. Она очень любила блестящие вещи, серьги, кольца, кулоны и Самолетову не претила такая страсть к блестящему. Женщина должна одеваться так, чтобы мужчинам непременно хотелось ее раздеть.

– Подожди, – остановила его попытки Глория, – пообещай, что посвятишь какой-нибудь свой будущий роман мне.

– Договорились. Так и напишу: «Посвящается кареглазой девушке».

– Обещаешь?

– Клянусь, ведь ты – мое вдохновение.

Ремень все еще не поддавался.

– Это правда, – с придыханием произнесла Глория, все еще держа оборону, – я похожа на вдохновение для мужчины?!

– Еще как.

– И я также прекрасна?

– Да. И еще тебя все время приходится ждать.

– Нахал! Опять издеваешься.

Она с силой оттолкнула его. Это немножко разозлило Никиту, и, не подумав, он вдруг ляпнул.

– Нет, я просто я жду, когда закончатся твои дурацкие вопросы.

Глория изумленно посмотрела на него, как будто увидела впервые, а затем холодно произнесла:

– Ну раз я такая дура, почему же мне не задавать дурацких вопросов?

– Я не говорил, что ты – дура.

– Я не глухая.

– Ну извини, я не хотел тебя оскорбить.

– Отстань от меня, раз я – дура.

– Вороненок, ну что с тобой?..

Он сразу стал мягким и пушистым, как котенок. Перед ним стояла простая и одновременно безумная сложная задача. Вернуть доверие девушки, да к тому же, чтобы вместе с доверьем она отдала себя всю.

– Хорошо, начнем все с самого начала… – игриво предложил он, зная, что лесть и юмор, самая короткая дорога, чтобы завоевать особу, которая сама не прочь сдаться.

– Нет, я не разрешаю со мной познакомиться, – судя по ее тону, она приняла правила игры.

– А может быть, все-таки разрешите. Клянусь, я – парень неплохой.

– А кто вас знает. С виду вы все неплохие.

– Можно я тут присяду. Вот здесь, на краешке постели, возле ваших прекрасных ног.

Он присел к ее ногам и как бы невзначай, прикоснулся к ним губами.