Бобры в кленовом сиропе. Двадцать лет в Канаде

А поскольку практически любая профессиональная деятельность в Канаде и, в частности, в Квебеке, лицензируется, то вопрос этот затронет каждого, кто пожелает поработать в этой стране в полном соответствии с полученным в России образованием. Хотя и здесь имеются лазейки: вы можете работать без профессиональной лицензии в частной фирме, но все же поручаемые вам задачи будут несколько отличаться от задач, поставленных перед лицензированным специалистом, с соответствующими отличиями и в зарплате. Этого вопроса я еще коснусь в дальнейшем.

Университеты – особая ипостась, им позволительно кое-что из того, что не могут сделать частные фирмы, да и профессиональные обязанности сотрудников университетов имеют свою специфику. Поскольку научных сотрудников в университетах почти нет, эту нишу занимают в основном студенты и вспомогательно-технический персонал. Этот персонал как раз и укомплектован гражданами Канады, а нечасто встречающаяся исследовательская братия состоит, как правило, из иммигрантов и редких иностранцев, приехавших в страну по рабочей визе.

Местные, канадцы, научной деятельностью в университетах предпочитают не заниматься. Во-первых, как уже сказано, найти такое место крайне трудно. Во-вторых, в промышленности квалифицированному специалисту платят существенно больше. Тем более, если он имеет канадский диплом.

Сказать по правде, в Монреале среди многих иммигрантов, особенно русскоязычных, отношение к квебекуа (то есть франкоговорящим жителям провинции) порой слегка снисходительное. Некоторые иммигранты считают местных жителей в массе своей менее образованными, среднего интеллекта, не любящими и не умеющими работать. Я лично полагаю, что подобные оценки вызваны лишь спецификой окружения этих новых иммигрантов. Среди моих знакомых квебекуа немало высококлассных специалистов.

В то же время, по общему мнению моих друзей (да и моему тоже), квебекуа более просты в общении, более раскрепощены, с ними приятнее иметь дело как в компании, так и в делах, чем с чопорными и зажатыми англофонами. Как ни крути, а корни – ветреные французы и замороженные англичане – сказываются сильно.