S-T-I-K-S. Реинкарнация

– Медленно повернись, закрой засов, положи руки за голову и садись на диван, – Грин указал лучом фонаря на старую кушетку, стоящую у стены слева от входа.

Подавив инстинктивное желание бежать, Максим дрожащими руками взялся за металлическую задвижку, закрыл дверь и отрезал путь к спасению.

– Отлично, теперь сядь, – луч фонаря переместился, освещая пространство перед кушеткой.

Пружины неприятно скрипнули, Максим облокотился на холодную стену и почувствовал, что по спине струятся ручейки пота. Грин взял брошенный Максом рюкзак, отстегнул карабин автомата и сел в кресло напротив.

Темнота скрывала его лицо, и оставалось лишь догадываться о том, что он сейчас чувствует и собирается предпринять.

– Ускориться ты неспособен, что и требовалось доказать, – сухим и безжизненным голосом произнес Грин, – это нормально для нуба. Осталась последняя опция – назови мое имя и фамилию.

– Я не Умник. По крайней мере, не тот человек, которого ты знал до сегодняшнего дня.

– А что случилось с ним? – голос Грина ощутимо дрожал и срывался на крик.

– Умник мертв, – коротко сообщил Макс и запоздало подумал, что такая формулировка звучит весьма двусмысленно.

Он собрался рассказать, что виновником смерти его двойника является кусач, но тишину разорвал грохот выстрелов.

ГЛАВА 5

Три или четыре пули ударили в стену позади Макса, осыпав его шрапнелью из кусков штукатурки. В ушах зазвенело от оглушительного грохота, левый висок резануло от боли, и по лицу потекла струйка крови. На этот раз страха не было, лишь выплеск адреналина заставил сердце биться чаще.

Во вдруг наступившей тишине оно стучало африканским тамтамом.

Фонарь упал, покатился по полу, и желтый луч заметался, отбрасывая ломаные тени. Сгорбленный, с поникшими плечами и пистолетом в полуопущенной руке, Грин застыл посреди комнаты, вперив в пол взгляд блестящих от слез глаз. Постояв так некоторое время, он посмотрел на Макса и молча подошел к старому деревянному буфету.

Раздался скрип открываемой дверцы, и в его руках появился графин, наполненный темной жидкостью.

Грин достал два граненых стакана, тускло сверкнувших в свете умирающего фонаря и неспешно их наполнил. Он деревянной походкой направился к дивану, сел рядом с Максом и протянул ему бокал. В ноздри ударил терпкий и насыщенный запах домашнего вина. Грин, не чокаясь, выпил, поставил стакан на пол, приложил ладони к вискам и, облокотившись на стену, закрыл глаза.

– Как умер Умник? – ровным голосом спросил он.