Барыги Белокамня – 2

 – И каким же это образом он так опростоволосился?

– У него двоилось в глазах, мсье, – охотно пояснил судья. – А руки тряслись так, словно он бился в припадке! Учитывая, что он сам опорожнил все десять бутылок, по которым потом стрелял, его можно простить.

В ответ на это разъяснение гном лишь поперхнулся. Если это правда, то лесовик вообще талант! Как в области распития спиртных напитков, так и в стрельбе из арбалета в экстремальных условиях! Это надо же!

– А что это были за бутылки? – уточнил Ходор.

– Две – «тёмная ночь», – ответил судья. – Одна – «Слеза и пламя», судя по исходившему от неё аромату, четыре бутылки из-под разных вин, одна водочная, а остальные не припомню.

– Да ушастый бы просто сдох, если бы выпил всё это в одиночку! – воскликнул поражённый гном. – Брехня это всё!

– Вы спросили, я ответил, – пожал плечами устроитель стрельб. – Кроме того, одну из бутылок эльф опорожнил прямо перед началом состязания на моих глазах. Итак, вы желаете рискнуть?

– Ха! – воскликнул гном.

 – Никакого риска! Как можно промазать с такого расстояния, да ещё и из такого ладного оружия?!

Ходор записался у судьи, получил от него десять положенных стрел, после чего стал готовиться к испытанию. Бутылки нагло блестели стеклом, пуская многочисленные блики и зайчики в свете стоявшего поблизости фонаря с магическим огнём внутри, отчего долго целиться в них было тяжело. Приходилось щуриться или отводить взгляд, отчего прицел быстро сбивался.

– А нельзя немного приглушить свет в фонаре или погасить его вовсе? – ворчливо осведомился гном у судьи.

– Никак нет, – покачал тот головой. – Условия для всех должны быть одинаковыми. И, кроме того, если погасить фонарь, тогда часть бутылок перестанет быть видна во тьме. Я знаю, что для некоторых рас это не вызовет никаких затруднений, но не стоит забывать о том, что на празднике много господ, не имеющих дара видеть в темноте. Поэтому стрелять нужно так.

Бутылки весело блестели, явно соглашаясь со словами судьи, поскольку всем и каждому доподлинно известно, что видят в ночи или под землёй гномы также хорошо, как и при свете солнца.

Буркнув что-то себе под нос, Ходор поднял арбалет, затаил дыхание и нажал на спуск. Звук бьющегося стекла стал свидетельством того, что глава Серой Артели не сплоховал, как и ожидалось. Следующие шесть выстрелов также оказались успешными, зато восьмой снаряд заставил гнома покрыться испариной.