Хозяйка старого кладбища

Направившись в сторону Кати, Иван в аккурат зашагал по узкой тропинке между могил…

Осветив фонарем небольшой участок земли и рассмотрев повнимательнее то самое захоронение, Иван произнес: – О! А в этом памятнике и впрямь что-то есть, я тебе скажу! Хотя, что удивляться? У каждого свои причуды, а у богатых… Вот и здесь, наверное, похоронен кто-то из родных каких-нибудь шишкарей. Дворяне, купцы, спекулянты. Особый социальный класс – особая роскошь. Неудивительно, что у некоторых могилы после смерти дороже, чем жилье у остальных при жизни.

– А мне уже не терпится! Ну что, начнем?! – Катя стояла и разглаживала крылья своего слегка помятого пальто.

– Начнем что? – с ноткой некоторого удивления спросил Иван, напрочь позабыв о пожеланиях Кати.

– Память у тебя, Вань, как у рыбки Дорис из мультика «В поисках Немо»: каждые две секунды «Мать честная, кого я вижу?!» Фотографироваться, Вань! Фотографироваться! – кинула Катя таким замечанием камень в его огород.

Иван мысленно огрызнулся, но не проронил ни слова.

– Ладно, не злись, дорогой. Потерпи немного. Всего лишь пара фотоснимков, и, обещаю, мы пойдем отсюда, – девушка решила немного сгладить ситуацию, заметив оттенок недовольства, который вновь заиграл на его лице.

– Окей! – коротко ответил Иван, небрежно кидая свой рюкзак на скамейку, которая принадлежала одной из соседствующих могил.

Следующие пять минут Катя позировала, а Иван делал кадры, выбирая различные ракурсы и сюжеты. Закончив фотосессию с действиями провокационного характера, парочка вышла туда, откуда и начинала свой путь, – на центральную аллею скорби…

Продолжая свою прогулку, ребята направились дальше, – удаляясь вглубь старого погоста.

Несмотря на кромешную темень вокруг, Иван уже немного привык к обстановке и почти что справился с волнением.

Следует отметить, что Иван на характер был обычным ворчливым узником уютных домашних стен. А Катя же – совсем напротив, она была слишком уж темпераментна и в достаточной степени любознательна, а в отдельных случаях еще и экспрессивна… Но, несмотря на юношеский максимализм, который обычно свойственен людям данного возраста, под личиной маски вечного бунтаря скрывалась крохотная и ранимая девочка…

А вот Иван же в Екатерине души не чаял.