О чём кричит ястреб

– Ты бы по одному вытягивал! – принцесса поймала бумажки и перенаправила их в мусорную корзину.

– А разница? Всё равно мне все выполнять! – Энтэн в очередной раз прокашлялся. – Одного «му» с вас хватит?

Все утвердительно кивнули.

– Тогда му-у-у! А теперь, Сирин, считай, я буду отжиматься!

– Пятьдесят раз – ерунда для воина! – скептически отозвался Вес. – Пусть лучше на одной руке отжимается! Или с хлопками!

– Не наглей, Вес! Я и так из-за тебя вместо одного целую кучу желаний выполняю! А после жуткого коктейля твоей ненаглядной жены я вообще, честно говоря, не уверен, выдержит ли моё сердце и двадцати раз!

– Он преувеличивает, Сирин, не такой уж там страшный состав! – прошептала Лиу на ухо обеспокоенной принцессе.

Между тем Энтэн с лицом страдальца опустился на пол и начал весьма резво отжиматься, Сирин едва успевала считать.

– Так, осталось всего три желания! – Вес принялся трясти банку.

– Это явно твоё, Гин? – хмыкнул Энтэн, прочитав следующее задание. – Забавно, я рассчитывал на что-то другое, ну пусть будет так.

– Что там? – Тай выхватила бумажку. – «Больше никогда не называть Тай Иджи». Ерунда какая! Нормальное что ли придумать не мог?

– Ревность к нашему совместному прошлому! – развёл руками Энтэн.

– Просто меня бесит это имя! – Гин забрал у Тай листок и сунул в карман.

– Вполне в духе Гина, – Вес похлопал друга по плечу. – Вы ведь не рассчитывали на какое-нибудь забавное задание с его стороны?

– Ну да, ну да, – Энтэн устало потёр глаза, вытаскивая следующее желание.

– Моё это! – пробормотала Тай. – И так ясно же. Ведь осталось лишь моё и Лиу – про платье.

– Вот как! Извини, чего-то пред глазами немного плывёт, да в голове туман, поэтому сразу и не сообразил, – он ещё раз перечитал желание. – Ну да, всё те же корявые буквы. Интересные дела! Сирин, поди сюда! – властно приказал Энтэн. – «Поцелуй того, кого любишь» – велела мне Ид… то есть Тай, – Глава картинно запрокинул жену и подарил ей страстный поцелуй.

Все дружно высыпали из комнаты, на лице Гина застыла гримаса ужаса и отвращения, он явно не одобрял подобные эксперименты, остальные возбуждённо перешёптывались, предвкушая впечатляющее зрелище.