Выжить с ангелом любви. Выжить без любви нам невозможно. С любовью где угодно можно жить

Я не мог представить себе, что я буду говорить родственникам, моей подруги Карине которая погибла, я даже ещё не представлял, что там будет дальше, а здесь по крайней мере можно забыться от людской суеты. Лиана сидела о чём то своём думая, затем она поднялась и направляясь в сторону плавающей не далеко бутылки со словами, – хорошо я тоже подумаю чем и на чём написать эти три буквы SOS.

Пока мы разговаривали и высматривали, солнце уже легло на горизонт и мы пошли в своё помещение, где было теплее чем у моря, Лиана достала консервы и пару ракушек, которые она подобрала когда собирала бутылки, затем она пошла в душ, а я стоял пока она мылась в проёме и смотрел на темнеющий как будто без конечный океан воды, но там где то за горизонтом кипела суетная людская жизнь.

Услыхав, что душ свободный я тоже направился освежится на сон грядущий. Подойдя к кровати я увидел, что Лиана уже постелила простынь и укрывшись лежала с закрытыми глазами, готовясь видимо заснуть, я стараясь не коснуца её повернувшись спиной к ней закрыл глаза и путаясь в мыслях начинал засыпать.

Мне даже уже начал сница красочный сон, когда я почувствовал, что ко мне прижимается что то нежное тёплое, открыв глаза я понял, что Лиана прижимаясь ко мне всё крепче и крепче своими твёрдыми грудями к моей спине возбуждала меня, подумав немного я отодвинув от себя все мысли о морали повернулся к ней, я почувствовал как по её телу пробежала дрожь, мне была понятна эта дрожь, ведь она это делала первый раз, чтобы унять её дрожь я обнял её трогая и гладя её нежное тело, поцеловал груди которые были до того твёрдые что мне казалось они вот вот лопнут, и губами обласкал всё её нежное тело, ещё больше возбуждаясь сам, почувствовав себя совсем молодым, кровь во мне будто закипала, а я её всё ласкал и ласкал её груди, ей это было без мерно сладко и приятно, через какое то время по её телу перестала гулять дрожь и она просто наслаждалась, тело её всё шевелилось и выгибалось без молвно прося что бы я в неё вошол, и я медленно в неё вошол всё глубже и глубже проникая в неё лишая её девственницы, ещё какое то время позанимаясь этим самым нежносладким чувством на свете, мы с ней вмести медленно поплыли в белоснежные облака.

Проснувшись утром, помолодевший душой, со спящей под мышкой у меня Лианой, которая выглядела ещё краше чем была, я направился как обычно осматривать свою тереторию, куда каждый день течение приносило и уносило бутылки.