Прикладная венерология

А я тебе клянусь, что никогда в жизни не стану попрекать тебя этим. Мы вылечимся, сифилис довольно легко лечится, и забудем эту историю…

– Что мне рассказывать? – всхлипнула Люба. – Потребности у меня есть, но я никогда тебе не изменяла. Если идти на поводу у потребностей, то можно зайти очень далеко… Я не понимаю, где и как я могла заразиться. Может, в столовой? От грязной посуды?

Люба работала бухгалтером в Государственном архиве Владимирской области. В перерыв она обедала в находившемся неподалеку кафе при Центральном рынке.

Цены там были низкими и все готовилось из свежих продуктов – сказывалось соседство с рынком.

– Не морочь мне голову! – вспылил Калашников. – Какая, к чертям собачьим, посуда?! Изменила – так имей смелость признаться!

Люба снова разрыдалась.

– Я… никогда… ни с кем… клянусь тебе… это ты… меня… заразил…

Назавтра разговор, в более сдержанной форме, повторился в кабинете Михаила, к которому супруги пришли на прием. Михаил в тот день работал один, без медсестры, лежавшей дома с ангиной.

Люба продолжала стоять на своем, а при попытках мужа надавить на нее, сразу же срывалась в плач. Михаил попросил Калашникова посидеть немного в коридоре, а когда тот вышел, мягко сказал:

– Все что вы мне скажете, Любовь Сергеевна, останется между нами. Ваш муж узнает только ту часть информации, которую вы сами решите ему рассказать, так что можете говорить правду. Врачам и адвокатам врать нельзя, себе дороже. Расскажите мне, как вы заразились, и мы попробуем найти приемлемый выход из сложившейся ситуации.

– Да не изменяла я ему никогда! – с отчаянием в голосе выкрикнула Люба. – Понять не могу, где я заразилась! Почему вы мне не верите?! Я же правду говорю, а меня проституткой считают! Мне жить уже не хочется! Вот приду домой – и повешусь! Может, Игорь хоть тогда поймет, что я ни в чем не виновата!

По выражению ее лица чувствовалось, что она и впрямь может наложить на себя руки.

– «Повешусь» – это не выход! – строго сказал Михаил. – Вы…

– А зачем мне жить?! – перебила Люба.

 – Зачем жить, если единственный близкий мне человек считает меня проституткой…

– Да что вы заладили – «проституткой» да «проституткой»! – рассердился Михаил. – Никто вас такой не считает! Ваш муж ведет себя очень достойно и ни в чем вас не обвиняет. И вообще, если уж на то пошло, то я могу придумать версию, которая поможет вам выпутаться из сложного положения с наименьшими потерями. Вопросы я задаю не из праздного любопытства.