Ничего не бойся. Том 1. Глава 1, 2

Не хотела вновь задеть её за живое, вернуть к трагическим воспоминаниям. Она ждала, когда Ольга вдруг заговорит о нём и тогда она, как бы невзначай, могла спросить её о нём. «Хотя, в принципе, зачем мне знать лишнее» – подумала она. И все же, набравшись смелости, улучив паузу в их разговоре, Патрисия спросила вдруг: «Ольга, я приношу тебе свои извинения, но, могла бы я спросить о твоём муже?». Та, посмотрела на неё с лёгким удивлением в глазах, но не смогла отказать: «Да, конечно, спрашивай, дорогая! Без проблем!».

«Он был тоже, русский?» – начала Патрисия. «О, нет. Конечно же нет, дорогая» – ответила Ольга и продолжила: «Хотя, смотря что понимать под словом «русский» – улыбнувшись сказала она. Затем она помолчала несколько секунд, отхлебнув немного виски и сказала: «Пат, а хочешь я тебе открою маленькую тайну?». «Я вся внимание» – ответила Патрисия. «Знаешь, русский – это состояние души. Уж мне то ты можешь верить! Я знаю!» – с огоньком в глазах проговорила Ольга. Затем она вдруг замолчала, опустила голову и, уставившись на свой бокал о чём-то задумалась. «Ну же, продолжай» – голосом, полным нетерпения проговорила Патрисия. «Что?» – встрепенувшись бросила Ольга, – «Ах, да. Извини. Знаешь, я редко кому рассказываю о тех вещах, которые считаю сокровенными. Только очень узкому кругу. Но, знаешь, что-то или кто-то, там, наверху, словно подсказывает мне, что ты сегодня в него вошла. В этот круг. Слышишь? В тебе я чувствую родственную мне душу! Поэтому слушай. И Ольга начала свой рассказ. «Мой отец регулярно выставлялся, продавал свои скульптуры и картины и к тому времени уже успел получить кое-какую известность за пределами Канады. Естественно, Штаты, как страна, с которой мы граничим, не стали исключением. Я с радостью помогала папе и была рада делать любую работу, чтобы как можно чаще быть с ним рядом. Мытьё полов, протирка стен и скульптур – всё это было для меня истинным удовольствием. Тогда мне было восемнадцать. Папе не везло с женщинами. С того дня, как он узнал о кончине моей мамы, он так и не смог остаться ни с одной женщиной. Примерно с возраста двенадцати лет я стала тем человеком, которого папа считал хозяйкой нашей семьи. К тому времени я научилась мыть посуду, пол, стирать и готовить. Отцу совершенно не хватало времени на то, чтобы как-то вести хозяйство. Он всё время был занят в своей мастерской чтобы прокормить нас. Дедушка к тому времени уже умер, а бабушка была при смерти. Рак доедал её.