Ничего не бойся. Том 1. Глава 1, 2

Но лишь только она засыпала, как я начинала тосковать, ожидая своего папочку. Я могла часами стоять у окна, время от времени рисуя сердечки на стекле, запотевшем от собственного дыхания. И каждый раз думала про себя «это тебе, папочка. Приходи скорее». Пропадая всё время в своей мастерской, он просто хотел, чтобы я ни в чём не нуждалась. Зачастую он уходил, когда я ещё спала, а вернувшись за полночь – находил меня спящей на его большой кровати в обнимку с одноухим плюшевым медвежонком, который я забрала с собой из Новосибирска.

Я представить себе не могла, что от этих ежедневных разлук отец страдал не меньше меня. Но одно я точно знала! Я знала, что я русская! И я знала, что русский язык мой родной и переставать говорить на нём я не собиралась. У меня было несколько книжек на русском языке, которые я знала наизусть. Я их перечитывала каждый день! И каждый день скучала по России!». Чуть приподняв подбородок, Ольга вдруг проговорила на русском: «Пока свободою горим, пока сердца для чести живы, мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы!». «Боже! Как красиво звучит, Оль! Что это? Кто автор?» – спросила Патрисия. Ольга улыбнулась и с гордостью в голосе сказала: «А это никто иной, как величайший русский поэт! Солнце русской поэзии! Так его называли. Во всяком случае, те, кто его читал, наверное, именно так и считают! «Неужели Пушкин?» – бросила Патрисия. «Бинго! Он самый!» – восторженно воскликнула Ольга, – «Обожаю его! У меня полный сборник его произведений!». «Между прочим, двадцать лет назад мы в университете тоже проходили его по программе!» – ответила Патрисия, – «И, кстати, кое-что даже учили наизусть!». «Неужели? Помнишь что-нибудь?» – бросила Ольга, широко раскрыв глаза. «Само-собой! Могу прочесть на английском пару строк, которые я запомнила!» – уверенно бросила Патрисия, но через мгновение, чуть робея произнесла: «К сожалению, я не помню названия и не помню его полностью, так что, прошу простить». «Прощаю! Давай-давай, прочти уже!» – проговорила Ольга. Выражение её лица было таким, словно в этот миг она ожидала чуда. Патрисия закрыла глаза, помолчала пару мгновений, а затем выдала: «The while with liberty we burn, the while our hearts are quick for honor, my friend, to our land we dedicate, the soul’s exquisite raptures!». Она остановилась и замолчала. Открыв глаза, она взглянула на Ольгу. Та сидела, прикрыв лицо ладонью. «Что?» – недоуменно спросила Патрисия. Слегка отдёрнув за запястье руку Ольги, она увидела её сияющие глаза.