Доктор Данилов в госпитале МВД

Пока в отделении тихо, можно подробнее расспросить его о том, что он делал в часы, предшествующие снижению давления.

Пациент уже проснулся и, судя по умоляющему взгляду, прямо-таки горел желанием пообщаться с доктором. Ему даже наводящих вопросов задавать не потребовалось. Стоило только Данилову подойти, как мужчина спросил:

– Скажите, доктор, а от снотворного давление может падать?

– Смотря от какого, Сергей Антонович, – ответил Данилов, снимая с шеи фонендоскоп.

– От гимедорма. – Пациент попытался сесть, но Данилов придержал его, покачав головой – мол, не надо вставать, лежите, как лежали.

– От гимедорма может, особенно если принять несколько таблеток или же запить его алкоголем.

– Алкоголем я уже седьмой год не балуюсь, – Сергей Антонович постучал указательным пальцем по левой стороне грудной клетки, намекая на свое больное сердце, – но вот сон у меня, доктор, чуткий. А в палате нас трое, и оба моих соседа храпят так, что заснуть нет никакой возможности. То снотворное, что назначали мне в отделении, не помогало совершенно, вот сестра и принесла мне упаковочку гимедорма.

– Так вот взяла и принесла? – удивился Данилов. – Гимедорм же относится к сильнодействующим учетным препаратам.

– Она… имеет возможность, – замялся пациент.

– А вы никогда его раньше не принимали, Сергей Антонович?

– Нет, но сестра порекомендовала, сказала, что гимедорм очень хорошо действует. Я перед тихим часом выпил таблетку…

– Обедали? На сытый желудок выпили?

– Нет, не обедал, аппетита не было, так, в салатике поковырялся, и все.

– И что?

– Подействовало, – Сергей Антонович поморщился, – очнулся уже у вас.

– Значит, гимедорм, говорите…

– Гимедорм, доктор, он у меня в тумбочке лежит.

– В тумбочке – это хорошо, – одобрил Данилов, прикидывая, как ему лучше поступить. – Значит так, Сергей Антонович, насколько я понимаю, про гимедорм вы сказали мне первому.

– Да, вам первому. Другой доктор больше про сердце спрашивал, когда болело, чего и как. Да и сам я только утром вспомнил, что принимал снотворное.

– Тогда сделаем так, Сергей Антонович. – «В конце концов, врач всегда должен действовать в интересах больного», – подумал Данилов. – Про гимедорм вы больше никому не рассказывайте, а когда вернетесь в палату, тайком, так, чтобы никто не видел, отдадите его вашей сестре.