Замок на двоих. Королева неблагого двора

Только и самому жалкому скоге понятно: свадьба всего лишь отложится!

Правду сказать, некоторые высшие лорды, присутствовавшие на балу, прикидывали, а не устроить ли эту самую катастрофу. Ну не то чтобы прямо прикидывали, так – тихо мечтали! Очень уж хорошо помнилась им предыдущая королева… Наученные этим горьким опытом, они искренне боялись повторения истории с Мэб. Утешало лишь то, что больше всех от Мэб пострадал не кто-нибудь, а лично король Кэйворрейн. Это обнадеживало: уж он-то точно не допустит ничего подобного! А с другой стороны – опять человечка в королевах… Или это уже традиция? Или…

Словом, уснуть после бала сумели лишь те лорды, которые сообразили сразу: пряха на троне рядом с Плетущим – это серьезный шанс на то, что фоморы останутся в своей Бездне! Честно признаться, сообразивших было не так и много, да и они про королеву Мэб не позабыли.

Но нашлись, нашлись в Неблагом дворце и те, кто испытывал искреннюю радость! Ну – почти…

Троица низших фейри, успевших неплохо узнать будущую королеву, сидела под ее дверью и отмечала выбор своего господина бутылочкой трехсотлетнего вина из запасов Айкена Драма.

Конечно, в другом месте им было бы куда уютнее!

В гостиной Эллы, например. Но Кэйворрейн наложил на покои невесты такую защиту, что и сам управляющий королевским сидом ее одолеть не смог.

В личном домике часовой фейки? Но он слишком мал, а поддерживать чары, чтобы там поместиться, никому не хотелось.

В каморке лакея Мелькана? Так Айкен отказался с презрением.

В норе самого Айкена? По старой привычке он именно так называл свои не особо скромные апартаменты, тщательно скрытые от всех дворцовых глаз и чар.

Да и вообще боялся отходить от комнат вольной пряхи! Защита защитой, но мало ли что… До коронации еще три дня.

– А я рада! – заявила Ирри, так и не снявшая свое новое шикарное платьице. Оно ей безумно нравилось, да к тому же чуточку походило на платье Эллы. Пусть не фасоном, но тканью и цветом – точно!

– Я тоже, – со вздохом отозвался Мелькан.

– Не слышу радости, – язвительно заметил Айкен, разливая вино: в два серебряных фужера на длинной ножке и изящную кукольную чашечку для фейки. – Ну, за королеву! Чтоб ей проснуться отдохнувшей и в здравом уме!

– Так… за нее я рад. Но теперь-то с ней чаю не попьешь. Я кто? А она – кто? – печально сказал спригган, поднимая фужер.

– Тебе она и раньше была госпожа, – хмыкнул Айкен.

– Теперь не будет, – подытожил Мелькан.