Княжич

Вот суеверный народ пошёл, подозрительно посмотрел я на Сергеича, поглаживающего пистолет в кобуре. Разве можно перепутать просто большую собаку с цербером, скажите мне? Ну и в дремучем же лесу рос наёмник, раз верит в подобную чушь.

Улыбаться я перестал.

– А это кто? – закатил он глаза, не в силах меня переубедить. – Иногда я забываю, что тебе всего тринадцать, – добавил он осуждающе.

Вот неймётся человеку. Из староверов, что ль? В этот момент к нам подоспели остальные наёмники, рассредоточившиеся вокруг и посматривающие на труп с вопросом в глазах.

– Бывший хозяин Шарика. Нашел в ловчей яме, недалеко от капкана, в который попал пёсик.

– Кто ж это у нас под носом творит такое? – задумался Сергеич и отдал команду утащить му жика в сторонку. – Придётся вызвать сюда следователя из Сибирска. Это не каторжанин, которого можно пристрелить и прикопать на зад нем дворе, – неохотно потянулся к телефону Сергеич. Ничего хорошего от приезда следака он не ждал.

Придётся прекратить охоту и сбор грибов, ягод.

Ну а я уволок упирающегося всеми лапами Шарика в дом, где залил рану на его ноге перекисью и замотал мхом, взявшись за учебник. Пора подучить формы, и первой в списке стояла: «Исцеление I ступени».

* * *

– Кукареку! Кукареку! – надрывался под моими окнами сбежавший от соседей петух. Зараза этакая, засунул я голову под подушку.

– КУКАРЕКУ!!! – Запрыгнул он на окно со стороны улицы, заглядывая одним глазом в комнату.

– В суп отправлю, – пообещал я, вставая. Спать при таком шуме невозможно. Часы показывали семь ноль-ноль.

Настенька, дочка нашего повара и соседа, весело помахала мне рукой за стеклом и утащила нахохлившегося от негодования петуха домой, жалобно кричал он на своём языке. Мстит мне пернатый за то, что пнул его. Да и не специально я! Споткнулся просто.

– Гад! – Натянул я тёплый вязаный свитер, пахнущий мамой, штаны, тапочки и пошел на запах яичницы.

И тут шум за окном изменился.

– Что за?..

Глава 6

– Семён?! Пригнись! – сбили меня с ног, повалив на пол. – Не высовывайся, – потребовал от меня Жук, оставив на попечении Бориса, пока сам подполз к окну и выглянул на улицу.

Там шла пальба. Что-то горело и трещало. Слышны крики боли. Просьбы о помощи.

– Гав! Гав!

Заглядывал в то же окно Шарик, которому стало любопытно. Хвост так и вилял из стороны в сторону.