Ворон и чайка. Закон притяжения

И просто смою этот день.

Устала. И боюсь, что не смогу сейчас сделать нужные выводы. Да и слишком уж гремучий коктейль эмоций по отношению к той же Юле и вообще всей этой ситуации. С этим определенно нужно переспать.

Так что я поправила платьице и стала озираться в поисках шали, которую не так давно запустила в подружку. Шаль пришла откуда не ждали. Любезный гот Женя поднял ее и протянул мне со словами:

– Думается, уходим и правда «мы». Все.

– А как же отдых? – съязвила я.

– Ваше эффектное появление не на шутку меня взбудоражило, так что он отменяется, – каким-то крайне интригующим голосом выдал мужчина и, взяв нас с Юлей под локотки, повлек к выходу.

Ого-го! Какой слог, какие манеры!

Не перевелись еще любезные мужчины на Руси! Правда, подозреваю, что у него есть свои мотивы для того, чтобы идти с нами, кроме как ситуация «дамы в беде».

Гот обогнул нас с Юлей и первым пошел к выходу из склепа. Я проводила задумчивым взглядом его силуэт. Это что, на этом геройство у мужика закончилось и он решил бросить нас тут? Покосилась на Ласточкину, которая молчала и смотрела себе под ноги, что было совсем не похоже на такую боевую и активную обычно подругу. Вспомнив, что она и гот явно друг друга узнали, я напрямую спросила:

– Ты знакома с этим резвеньким умертвием?

– А? – Юлька вскинулась, словно очнувшись от своих тягостных мыслей.

– Что это за мутный тип? – не погнушалась повторить я и с немалой долей ехидства уточнила: – Милый гот Евгений Воронин. Кстати, весьма занятное совпадение, что он отдыхает в склепе полного тезки, не так ли, солнышко?

– Женя… мы шапочно знакомы, – промямлила Ласточкина, которая и не подумала как-то ответить мою фразу.

Надо полагать, в данный момент у нее не была заготовлена порция достаточно достоверной лапши на мои уши.

Тем временем наш полночный визави со странными предпочтениями не забыл о прекрасных девах!

– Девочки, вы там вместо меня отдохнуть решили, что ли?!

– Идем мы, идем… – пропыхтела я и, взяв обычно инициативную подругу на буксир, пошла на свет… лунный.

Гот стоял, прислонившись к каменному проему, и являл собой образ классического вампира в печали.