Победить любой ценой!

В своем снежно-белом платье, с золотым поясом и сверкающей диадемой в волосах, остроухая была ослепительно хороша.

Свет, падающий от факелов и солнечные лучи, пробивающиеся через узкие, стрельчатые оконца, освещали ее великолепную, хрупкую фигурку, с небольшой, но упругой грудью, роскошными бедрами и пышными волосами, цвета спелой пшеницы, волнами, спадающими на спину.

Девушка хлопнула несколько раз в ладоши и, тотчас, как по волшебству, появились слуги, мгновенно очистившие стол от многочисленных блюд.

– Дмитрий, – обратилась королева ко мне, – не хочешь оглядеть столицу нашего королевства?

– Конечно же, хочу! – невольно вырвалось у меня, и я покраснел, словно юнец, а не закаленный в боях воин.

Зарина, несомненно, это заметила, потому что лукаво улыбнулась, и величаво пошла вперед, к выходу из зала.

Вся компания, через тяжелую, окованную железом, деревянную дверь, вышла в длинный коридор, с огромными, пропыленными гобеленами, висевшими на стенах.

Я обратил внимание на изображенные на гобеленах рисунки: эльфы явно поклонялись каким-то гигантским кристаллам. Фигуры были изображены коленопреклоненными перед огромными камнями правильной формы, с бьющими из них лучами.

– А это что? – обратился я одновременно ко всем, указывая на изображения.

– А это, друг мой, Дмитрий, показано уважение, которое мы, остроухие, испытываем к этим камням. В каждом городе, каждом, даже небольшом поселении, есть храмы, где мы возносим нашу благодарность кристаллам, причем эта традиция идет из глубин веков, и не умерла даже сейчас, – ответил Трокс, благоговейно глядя на гобелен.

Наша компания, остановившаяся возле полотнища, последовала дальше по коридору, открывая тяжелые двери.

Древние камни здесь также освещались факелами и масляными светильниками, отчего тени метались по замшелым стенам и гобеленам, изредка по коридору быстро шмыгали слуги, шурша мягкой обувью.

Внезапно я заметил небольшую, размером с кошку, шестилапую, смешную ящерку, тащившую в острых зубах какого-то жука.

– А это что? Местная кошка? – спросил я, указывая на животное, которое, не выпустив добычу, юркнуло в щель между кладкой.

– Кош… Тьфу, – поперхнулся Линиэль, – если, ты, Дмитрий, имеешь в виду, домашнее животное своего мира, то ты – прав. Это – лаззи, наши домашние питомцы и любимцы, которые отлавливают зловредных насекомых, уничтожающих запасы зерна.