Победить любой ценой!

Вот прошла моя разгульная юность, я отслужил в армии «независимой» Нарсии, затем стал работать и заочно учиться, ну, а потом случился Великий бунт, как его назвали в народе, и началась гражданская война…

Я так и не женился, хотя партии наклевывались очень выгодные, но, считал, что если не убьют, то начну жену искать после войны.

В армию Республики словатов меня забрали в 1941 году, то есть спустя 4 года после начала всей этой катавасии. Так и воевал последующие четыре года. Так и бьюсь, сейчас, в составе десятой штурмовой группы, беря дом за домом.

Надо признать, что нарсы дерутся неплохо, и, я даже сказал бы – отчаянно. Впрочем, после всего того, что они делали с мирным населением и пленными, пощады им ждать было бы глупо.

Как бы то ни было, и как бы жестоко не бились нарсы и помогающие им иностранные наемники, мы все равно продвигались вперед, находясь уже в пригороде.

Закопавшись окопами в плодородную землю Нарсии, мы пережидали беспокоящий огонь врага, ведь давно прошли те времена, когда, велись позиционные боевые действия, в духе Второй Великой Войны[2 - Первая Мировая Война в нашем мире (примеч.

И, что нарсам не сиделось со своим Великим бунтом? Так нет, к своим западным покровителям им захотелось, а заодно и отменить все словатское, что было на территории Нарсии.

Управляемое кураторами из западных стран, население бывшей Нарсии, быстро скатилось в самый настоящий нацизм, основой которого стала оголтелая словатофобия, ведь именно Словатия и ее жители, были объявлены главными виновниками того, что из страны, благоденствующей при общем государстве, так и не вышло образцовой «витрины» по западному образцу.

Мои уши резанул свист и рев, и размышления прервались – над головой прошли «Громобои»: будут бомбить артпозиции нарсов, слишком уж те стали досаждать нам. Сидевший в укрытии, рядом со мной, Олег Кошевой, повернул голову и возбужденно прокричал мне в ухо:

– Ух, сейчас там ад будет!

– Будет! – согласился я.

И, в это время, окоп, где мы сидели, накрыло. Нет, не снарядом, а сбитым вертолетом нарсов. Сперва, где-то в вышине, сверкнула вспышка, раздался хлопок, и с неба, прямо на наши головы, отчаянно воя заклинившими движками, полыхая огнем, упал «Па-24». Пламенный ком свалился метрах в двадцати от нас с Олегом. Я почувствовал, как меня приподымает в воздух, а затем с силой швыряет о землю.