Охранник

У меня круги поплыли в глазах, когда весь народ, скопившийся на остановке каким то чудом влез в автобус и водитель захлопнул двери. Не без потерь конечно. На асфальте валялись несколько человек в обмороке: немолодой мууу-апанас в сером тёплом пальто с отпечатком протектора ботинка на правой щеке, небритый помятый субъект в джинсах и дутой красной куртке, и пожилая дам-дария с собачкой, и мелкие предметы: грязный, истоптанный ногами шарф, оторванный рукав, пуговицы, дамская сумочка и даже ботинок – вот его хозяину теперь реальная заморока в одном ботинке ехать не знамо куда.

Ехали 20 минут до станции.

Из автобуса вынесло таким же образом как и внесло. Я чудом не пострадал не считая одной оторванной ручки пакета в котором я вёз форменную одежду. перевязал её узлом.

– Ты как? – спросил Санька.

– Держусь! А чего мне было отвечать? Слова в такой ситуации потеряли смысл. Надо было бросить этот пакет прямо с одеждой ещё при подходе к Ватерлоо и рвать когти из этой мясорубки!

Но это было только начало! Когда я увидел сколько народу на перроне дожидается электрички на Москву, когда мы, купив билеты в кассе, прошли через турникет (там поставили такой навороченно-модернизированный как в метро, без билета никак не пройти), поднялись по лестнице на мост, перешли на другую сторону к нужной платформе (хотя позже парни научили просто обходить вокзал: спрыгнул на пути, перебежал на другую сторону, и прямо на перрон – все дела), тут я и понял, что реальный замес впереди! Вся платформа была усеяна, утрамбована, уплотнена народом дожидающимся электрички, чтобы ехать в столицу за своей строго регламентированной порцией ежедневного производственного ада (и в загробном мире такого не найдёшь! попы ловко нас поднаебали), стояли плотно плечом к плечу, как солдаты Наполеона перед штурмом Кингисеппской крепости, Кутузов ему со стены показывал средний палец из сжатого кулака, поэтому Наполеон и не взял крепость, а позже, когда захватил Москву и пьяные французские гренадёры её сожгли, о чём хорошо написал граф Толстой в своём романе… там ещё толстого Безухова поймали… горе-иллюмината из масонской ложи номер пять, он был там зарегистрирован, хотели расстрелять, как поджигателя, кто не верит почитайте во втором томе, – Наполеон понял, что ему здесь, в смысле в Москве, делать нечего и свалил, тем более солдаты начали грабить богатые дома московских аристократов и купцов…

– Приготовься! – сказал Санька во второй раз.