Блуждающие в отражениях

– И много ли таких домов вы уже разрушили? – поинтересовался Юноша.

Дед с Девочкой переглянулись и разразились недобрым смехом.

– Порядочно, – сквозь смех прокашлял Дед. – Мы даже можем теперь давать объявление в газету: «Бригада из двух человек осуществит квалифицированный снос жилого строения». Слышал байку, что ФСБ дома взрывала? Это были не они.

– Тьфу! Банда маньяков! – раздражённо, но почти беззлобно прокомментировал Юноша. – Вы хоть подумали, где мы будем жить, пока не найдём тех, кто нам нужен?

Дед и Девочка снова расхохотались, на этот раз весело.

– Как где? – Дед хитро прищурился. – У тебя.

4

Всё произошедшее потом запечатлелось в памяти Юноши неясными, смазанными картинками, расположенными безотносительно друг к другу. Он помнил, как они с Дедом вышли из дома и направились к старой, давно неработающей котельной, расположенной буквально в полукилометре от дома.

Темнота.

Котельная. Полутьма. Затхлый воздух, наполненный неизвестно откуда идущим паром.

Темнота.

Разлагающееся тело Александры, которое раньше было образцом красоты, а ныне буквально кишит червями и разваливается на куски гниющей плоти при малейшем прикосновении. Оно лежит на руках у Юноши, который нежно гладит Александру по голове и целует в покрытые трупными пятнами остатки губ. Юноша рыдает.

Темнота.

Вспышки милицейской сирен. У входа в котельную – два «УАЗика» и «РАФик» скорой помощи. Да только кому, к чёрту, кроме Юноши, здесь нужна медицинская помощь?! У машин стоят пять милиционеров – два сержанта, майор, лейтенант и стажёр, который, согнувшись пополам, извергает содержимое своего желудка на землю. Оно и понятно: он ещё совсем мальчишка, а от увиденного здесь даже у бывалого майора лицо белое, словно в нём не осталось ни капли крови. Тело Александры лежит на земле, завёрнутое в простыню.

Майор подходит к Юноше и начинает ему что-то говорит, но тот не слышит ни слова. «Ей же ничего не видно», – тихо произносит Юноша. «Что-что?» – недоуменно переспрашивает майор. «Ей ничего не видно!» – Юноша говорит уже так громко, что стоящие у машин врачи и милиционеры поворачиваются в его сторону. «Но…» – начинает майор. «Вашу мать! Неужели вам трудно снять простыню с её лица?! – Юноша срывается на крик.