Гамма для старшеклассников

Ему даже головой захотелось тряхнуть, чтобы избавиться еще от одной параллели. Он невольно забормотал себе под нос.

– Что вы сказали? – женщина встревожилась. – Вам опять плохо?

– Нет, но… – он неуверенно качнул плечами. – Еще несколько минут назад боялся пошевелиться, а теперь прямо как рукой сняло. И все благодаря вам.

– Лучше бы все-таки вызвать «Скорую».

– Не надо. Приедут, обнаружат ожившего пациента и вас же обругают… А про Надю Рушеву я хотел сказать, что это доброе исключение. В последнее время художниц стало больше, и все равно…

– Так вы сторонник половой дискриминации?

– Да нет же, это нормальная биология.

Мы вас рассматриваем, вы к нам прислушиваетесь.

– Ага, прислушиваемся и обманываем.

– В каком смысле?

– В прямом, – женщина усмешливо вздохнула. – И глаза изумрудные вы обязательно увидите еще много-много раз.

– То есть?

– Линзы, – пояснила она. – Цветные и не самые дешевые.

– Вы могли бы в этом не признаваться.

– А не надо было говорить про нос! – она снова взяла его под руку.

 – Ладно… Давайте, что ли, провожу вас.

– Я могу сам.

– Догадываюсь. Очень уж говорливы стали.

– Нет, в самом деле! – Сергей попробовал артачиться. – Буду тихонько перебирать ногами и дойду. Без того вам доставил хлопот…

– Какие там хлопоты! Я ведь и о себе беспокоюсь. Оставлю вас тут и буду потом всю ночь ворочаться – дошли, не дошли… Вот вы бы меня бросили на дороге?

– Я – другое дело!

– Вот-вот, я и говорю – дискриминация. Пойдемте уж, совсем темно стало.

***

Сергей оказался прав: с ним ничего не случилось. Они дошли, и у подъезда он простился с женщиной. Глядя ей вслед, запоздало подумал, что они даже не познакомились. Так и улететь ей в неведомое – добрым и безымянным ангелом. Ведь не случись этому ангелу вернуться, лежать бы Сергею под откосом и поныне. А теперь он жив, и таблетки свое дело сделали. Сердце образумилось – никакого зверя с челюстями, взведенными в боевое положение, Сергей больше не чувствовал. Более того, тело и мускулы напряженно зудели – точно засиделся и залежался на холоде.

Наверное, ощущения были обманчивыми, но, как в детстве после глубокого сна, Сергею хотелось выгнуться дугой, бешено повращать руками, что есть силы притопнуть ногой. Впрочем, возможно, таким образом сказывался перенесенный озноб.

Поднявшись на лифте, Сергей уверенно отомкнул дверь и проник в родные апартаменты. На пороге вдохнул теплый воздух, какое-то время постоял, не зажигая света.