Исмаритянки

– Иди, предупреди своих лучниц, – распорядилась главная воительница.

Собеседница не заставила себя долго упрашивать и стремглав бросилась к деревьям под защиту зелёной листвы.

Джигапор в доспехах, сделанных из множества металлических пластин, на гнедом жеребце скакал рядом с Орлоком. Услышав условный сигнал, насторожился, тревожно оглянулся на вожака, крикнул ему на полном скаку:

– По-моему, нас ждёт засада.

– Точно, ждёт, – подтвердил вождь сатров и, видя, как непонимающе застыл взгляд у великана, добродушно пояснил:

– Это предупредительная мера, я бы и сам не стал бы доверять, очутись в такой ситуации.

Хотя ты прав, возьми с десяток человек, и подожди нас недалеко от поляны, если что пойдёт не так, ты знаешь, что делать.

Громила поднял руку и стал придерживать коня, зычным голосом останавливая нужное количество людей.

Орлок, в скифском полукафтане, с оставшимися всадниками пригнал табун на заранее договорённую встречу. Вопреки ожиданиям обмен состоялся без всяких казусов.

Как и было условлено, Орлок пригнал отменных скакунов, без обмана. Получив своё золото, он, на прощание, обернулся к Селестрии и сказал:

– Не понимаю, на что ты надеешься? Римляне тебя уже ищут, разослав гонцов по всем племенам, а когда найдут, прижмут к озеру. Чтобы уничтожить Вас, одного легиона будет достаточно, и тогда повезёт тем, кого убьют сразу.

Не дожидаясь ответа, кочевник ускакал.

Сделка прошла успешно, однако Селестрия запомнила слова степняка, понимая его правоту.

Юний Паменион всецело положился на Ташкера, настолько ему не хотелось пачкать своё имя, преследуя непонятно откуда взявшихся мятежниц, поэтому исчезновение одноглазого язычника обнаружилось не сразу. Его след растворился на просторах фракийской равнины, а префект упустил стратегическую инициативу, потеряв главное – время. Через месяц он всё ещё надеялся, что нападения не повторятся, но в этом республиканский ставленник просчитался. Селестрия даже не догадывалась, какие страсти разыгрались за её спиной, но она использовала бездействие противника в свою пользу.

Перегруппировав силы и обучив езде поселянок, предводительница исмаритянок сколотила из них конную группу, при этом численно увеличив отряд. Селестрия ещё раз решила вывести охотниц на караванный путь в поисках добычи.

На этот раз пошло не так гладко, как в прошлый. Римляне извлекли выводы из своих просчётов. Теперь воины, несмотря на жару, шли в полном вооружении.