Исмаритянки

От этих мыслей ему стало жаль бесстрашную девушку. И зачем только явился к нему этот лживый насквозь, римский наёмник. Не мог что ли сам, без огласки, решить свои проблемы, если только… Вдруг сатра осенило: это за ним пришёл подлый мерзавец, чтобы преподнести его голову своему хозяину, как зачинщика нападения.

Праведный гнев вскипел в душе Орлока. Недолго думая, он схватил нож и резким движением всадил клинок в горло незваному язычнику.

Ташкер широко раскрыл единственный глаз, словно удивляясь произошедшему действию, машинально схватился руками за лезвие, при этом порезав пальцы, но сил вытащить смертоносное жало уже не хватило, он машинально вздохнул, а из горла вырвался предсмертный хрип.

Незваный визитёр повалился на пол, заливая всё вокруг своей кровью. Аксвел от неожиданности замер, но усилием воли сдержал эмоции, справедливо полагая, что у отца были все основания так поступить. Неожиданно в шатёр ввалился довольный Джигапор, на ходу с кем-то перекидываясь словами, но, увидев тело приезжего гостя, бьющегося в конвульсиях, внезапно остановился, недоумённо взирая на своего вождя. Однако вопреки ожиданию гиганта глава кочевников, не вдаваясь в объяснения, коротко приказал ему:

– Плотно закрой за собой полог.

Дождавшись, пока верзила исполнит его распоряжение, Орлок продолжил:

– Выйдешь через запасной выход, расположенный за моей спиной, незаметно обойдёшь лагерь, соберёшь людей и внезапно атакуешь чужаков со всех сторон, постарайся никого не упустить.

Джигапор кивнул, крепко сжимая смертоносное оружие в могучих руках. Спеша исолнить поручение, перешагнул через труп Ташкера и направился к противоположной стенке шатра, откинул ткань и незаметно для вражеской свиты выскользнул наружу.

Потянулись тягучие минуты ожидания, ритмом сердца заставляя отбивать мгновения, которые зависая в пространстве, растягивают время. Воображение мучительно рисовало трагические сцены, а душа не желала, да и не хотела принимать такого развития событий, цепляясь за надежду, терзаясь в неведении и гадая, в какую сторону повернётся колесо капризной фортуны.

Неожиданно раздался зловещий свист, разрывающий тишину, послышался топот нескольких сотен ног, крики нападающих, отчаянные вопли застигнутых врасплох людей, испуганное ржанье коней, лязг металла, предсмертные стоны несчастных. Теперь, когда незваным гостям навязан скоротечный бой, отсиживаться в шатре не имело смысла.