Три дьявола для наследницы

– Конечно, нет проблем, – нарочито бодро ответила я.

И Синтар тут же вернулся к своему делу.

Я же тем временем заметила, что по трубочкам, которые я держала, неожиданно заструилась медленная лимонно-желтая капля. Руки начали подрагивать.

– В общем, я спас ее жизнь, – проговорил мужчина. – Она полностью выздоровела, а я… как бы стал немного… другим.

– Уверена, ты ничуть не изменился, а стал только лучше! – воскликнула я, хоть этим пытаясь поддержать мужчину. Я и впрямь так думала. А он… оставалось лишь надеяться, что его благородный поступок не заставил его чувствовать себя неполноценным.

Мне было сложно представить, что значит лишиться половины души. Но вряд ли это что-то хорошее.

После моих слов Синтар замолчал и бросил на меня странный взгляд. И впервые этот взгляд не был ни насмешливым, ни мрачным, не пробирающим до костей.

Он был словно задумчивым…

Затем он продолжил рассказ:

– Как только я сделал то, что сделал, мне нужно было скрываться. К сожалению, моя… семья не одобряла подобных выходок.

– Но ты же никого не предавал!

– Не предавал, – кивнул Синтар без улыбки. – Я собирался сбежать с Альтеей, жить вместе где-нибудь на краю земли… Но меня поймали. И долго пытали перед смертью. А потом оказалось, что выдала меня именно она…

Это было настолько ужасно, что я на несколько секунд лишилась дара речи.

– Вот откуда эти шрамы, – с ужасом констатировала, когда способность говорить вернулась.

Тогда понятно было, почему он взял другое имя… И понятен был его странный характер, словно с легким налетом безумия, которое Рейялар как-то назвал «эксцентричным».

Я бы тоже была «эксцентричной», если бы мать с отцом не в приют меня отдали, а сперва воспитали, а потом решили удавить в каком-нибудь подвале. Не приведи Пресветлый Кристиан.

– Это были не ближайшие родственники, – с улыбкой добавил он, на этот раз, очевидно, заметив, как изменилось мое лицо.

Браво, мимика! На этот раз тебе удалось.

– Но да, это была моя семья.

– Как же ты выжил?

– В тот момент, когда мне уже подписали смертный приговор и готовились убить… – тут Синтар сделал странную паузу, будто вновь подбирая слова, – мою семью уничтожили. Всех до единого. А мне удалось выжить, потому что во мне не признали одного из них.