Тихая речушка

– Я хочу проследить, куда они направляются.

Зиянгир попытался было возразить, но отец резко оборвал его:

– Делай, как я говорю.

Мальчику не оставалось ничего другого, как подчиниться воле отца, но едва он успел отъехать на несколько сотен шагов от места их привала, как за его спиной раздался выстрел. Обернувшись, он увидел клуб белого дыма и скачущего в его сторону отца, а за ним – несущихся вдогонку всадников. Пуля, выпущенная из ружья Аиткула, угодила в одного из всадников, и он, не удержавшись в седле, рухнул на землю.

На всадниках была одета кольчуга, и склонившееся к закату солнце окрасило ее багряно-красным цветом. На головах всадников были остроконечные шапки с развевающимися на конце красными кистями. Размахивая своими саблями, они подгоняли своих коней, пытаясь настигнуть Аиткула.

– Скачи! Скачи! – закричал Аиткул.

Его тело склонилось так низко, что буквально вжалось в седло, он почти слился с животным.

Зиянгир пришпорил коня, пуская его в размашистый галоп, но едва конь успел сделать несколько прыжков, как мальчик почувствовал сильный удар в спину.

Аиткул увидел, как выпущенная из лука стрела, пролетев мимо него и издав пронзительный звук, разрезая воздух, впилась в его сына. Мальчик вскрикнул от боли, почувствовав, будто кусок раскаленного железа вонзился в ему плечо, причиняя острую нестерпимую боль, и он невольно выпустил поводья, а затем стал клониться на спину. Еще мгновение – и он мог не удержаться в седле. Сделав усилие, Зиянгир поднялся и подобрал поводья, но уже в следующее мгновение он почувствовал, что все вокруг закружилось, начало чернеть, и он потерял сознание.

Его тело обмякло, и он подался всем телом вперед, а руки бессильно повисли, выпуская поводья. Его конь все еще несся бешеным галопом, рискуя сбросить Зиянгира на землю. Вторая стрела угодила в заднее бедро его коня, он резко присел на раненую ногу и начал валиться на бок. Аиткул, не медлив ни минуты, поравнявшись с теряющим равновесие конем Зиянгира, крепко ухватил сына за чекмень, сильным рывком перекинул его на холку своей лошади. Нужно было во что бы то ни стало оторваться от всадников и уйти от погони.

Аиткул слышал гортанные выкрики его преследователей, подгоняющих своих коней, тяжелое дыхание животных и понял, что кони чужаков проделали неблизкий путь, они устали, и у них не хватит сил, чтобы долго гнаться за ним. Ему нужно было оторваться от преследователей и где-то укрыться.