Ящер

Выходило и впрямь по-книжному: бедная девочка ждала принца, а он взял и заявился! Только вот беда – не в облике этого свихнувшегося Витька, а в облике хладнокровного Ящера. Факир был пьян, и фокус не удался. То есть подменить колоду – подменили, да малость не той. Вместо шустрого ферзя некто взял, да выставил квелого короля, и подмены, увы, никто не заметил. Хотя, наверное, лучше было бы, если б Надюха оказалась неправа. «Все не так, ребята!» – пел знаменитый бард постсоюзных времен, но все не так было всегда и везде.

Такой была задумана эта планетка. И Витек затесался в число обманутых, попытавшихся вложить деньги в давно прогоревший банк. Вероятно, и это кому-то было надо. Интересно бы узнать – кому именно. Во всяком случае не Елене и не Витьку. Ни тот, ни другой ничего от свершившегося факта не получали. Честно сказать, и я приобрел только дополнительную проблему – проблему, от которой следовало скорейшим образом избавиться.

Хотя, конечно, я не ревновал. То есть, наверное, не ревновал… Или все-таки ревновал? Себе-то самому можно признаться!.

. Ну разве что самую малость. Ревность – тоже изобретение из лукавых. Полная бесстрастность граничит с кретинизмом, а гипертрофированное чувство собственности на близкого человека – опять же идиотизм. И золотой середины снова нетути. Не ревнуем, значит, не любим, а ревнуем, значит, любим, но как-то не так. В моем случае Витек представлялся скорее недоразумением, этаким камнем, не ко времени скатившимся под ноги. Впрочем, ко времени они и не встречаются. Эти камни-камушки. Просто он посягнул на чужое, отяготив меня еще одним гнусным решением, а за это тоже кто-то должен платить. И кто же, братцы дорогие, если не сам Витек? Парня, конечно, жаль, но иного козла отпущения поблизости не наблюдалось. Афродита изменила мне с Адонисом, и следовало спускать с цепи свирепого Вепря. Но я сам был таковым и в помощи посторонних не нуждался. Случись это в иное время, когда в моей империи царила тишь да гладь, возможно, я подарил бы ему жизнь. Хотя… Незачем лгать. Не пощадил бы его и тогда. Просто сейчас имелось то самое усугубляющее обстоятельство, когда есть повод, когда хотелось наказать особенно сурово. ЧК и ревтрибуналы тоже создавались в нешуточные времена. Коли война и разруха, церемониться некогда. К стенке – и никаких заигрываний! Вот и я иного выхода не видел. Тем более, что Елена была все-таки моей законной женой. Тем более, что Витек выболтал ей неположенное.