Звериный круг

Тот небрежно поймал звякнувшую связку, равнодушно поинтересовался:

– Все в порядке? – глаза его, два мокрых холодных камешка, глянули тускло и неопределенно.

– Более или менее, – Валентин поправил на плече сумку и вышел на улицу. Ртутные столбики городских термометров неукротимо ползли вверх, обувь липла к разогретому тротуару. Валентин часто утирал лоб платком. Вчерашняя гулянка не прошла бесследно.

Только в третьей кабинке телефон оказался исправным. Скормив автомату двушку, Валентин набрал номер. Трубку подняли после пятого гудка.

– Музей искусств?

Глуховатый голос радушно ответил.

– Он самый, дорогой. По какому вопросу звонишь?

– Вопросы старые. Продавец-товар-покупатель, слыхал о такой формуле? Говорят, в Европе придумали.

– Не понимаю, дорогой. О чем ты?

– Хватит, Наиль. Я хочу знать, сколько дашь на этот раз?

Голос не ответил.

– Тебя что, не предупредили еще? Странно… Обычно ты узнаешь о товаре первым, – Валентин почувствовал, что правая щека у него задергалась.

– Но мы просили «Волгу», дорогой.

– Неужели «Вольво» хуже?

– Очень большой человек спрашивал про похожую машину. Опасный товар. Громкий.

– Не хочешь, могу себе забрать, – Валентин поглядел в грязное стекло кабинки и с отвращением убедился, что щека в самом деле дергается. – Ну так как, Наиль? Или испугался большого человека?

– Не спеши, – абонент что-то прикидывал про себя.

– Мне она не нравится – это во-первых. А во-вторых, это не цифра, а число, – Валентин ощутил внезапное желание зевнуть. Что-то из той же породы, что и нервный тик. Еще раз с силой провел по щеке ладонью. – тридцать за «Волгу», двадцать за все прочее. Это твои слова.

Трубка вновь примолкла.

– Ты плохой продавец, Валя. Не любишь торговаться, – в голосе покупателя звучало осуждение.

– Послушай, Наиль. Машина в первоклассном состоянии. На юге за нее дом целый можно купить.

– Не забывай, ее будут искать.

– Можно подумать, это единственное на весь союз «Вольво».

– Хорошо, я беру машину. Пусть будет двадцать, – собеседник произнес это без энтузиазма. – И все-таки ты плохой продавец.

– Знаю, – Валентин потер нос. Рожденный не на Востоке торговать не может.

– Ты сам придумал?

– Сам, Наиль, конечно сам.