Последний воин. Книга первая

 – Боря Жук продолжал хлюпать разбитым носом. – Мы думали: побежит, а он сразу на нас…

– Ты нам фуфло не гони. – Дюша, что был при Кнуте этаким Санчо Панса при могучем рыцаре, ткнул указательным пальцем в грудь Боре. – Ты, Жучара, косяка спорол, фраера упустил.

– А что я мог? Он как трактор попер.

– Трактор? Да ну?!

– Ты пацанов спроси, они подтвердят. Все, в натуре, старались. Никто не виноват, что нас как щенков раскидали…

– Щенки и есть!

– Ага! И Губан щенок?

Это было уже откровенной дерзостью, и Дюша немедленно взъярился.

– Не-е, ты точно не врубаешься! – он грубо толкнул Жука в грудь. Нараспев с блатными интонациями заговорил: – У хозяина к нему счет, уяснил? За такие проколы не просто опускают, – в лапшу крошат, а ты, жлобяра, по нулям сработал, пацанов подставил. Вон их колбасит как, а ты реально на ногах стоишь. Юшку пустил – и все дела. Странный расклад, верно? Палевом попахивает, а?

Как обычно Дюша мешал все в одну кучу, но Боря по опыту знал, что именно такой словесный «понос» срабатывает лучше иных взвешенных доводов.

Во всяком случае, свидетелям подобный треп кажется вполне убедительным, и на сходках именно такие горлопаны нередко одерживают верх. Что называется, берут на глот и характер, а уж характерец у Дюши был, что у весенней гадюки. Только притронься – слюней и яду не оберешься. Даром Кнут именовал его своей лайкой, – лайка и есть.

– Ну? Чего пялишься? Ждешь, что Сашок его сюда на поводке притаранит? Только ответ все равно держать придется!

– Только не перед тобой! – Боря Жук бросил взор на Кнута, мечтательно подумал, что однажды все-таки прижмет Дюшу где-нибудь в безлюдном уголке, а уж тогда и разговор у них будет короткий.

– Чего ты, в натуре, гавкнул? А ну, повтори!

– И повторю!…

– Хватит, – Кнут пристукнул по полу тростью. Вроде и тихо сказал, но услышали все. Присев в кресло, мотнул головой в сторону суетящихся возле витрин менеджеров. – Гольян, сходи успокой их. Скажи, форс-мажор отменяется. Больничка приедет, заберет ребят, и лады.

– А Ромчик? Его тоже надо забрать. Сашок пацана на седьмом оставил. Сказал, этот козел две пули в него всадил.

– Помню… – кончиком трости Кнут придвинул к себе лежащую на полу бумажку, нагнувшись, поднял с пола. Это была копия фотографии беглеца. Кнут прищурился. На первый взгляд обыкновенный мужичок: прическа полубокс, рот маленький, ни прыщей, ни шрамов. Что называется – фигурант без особых примет. Самое скверное для таких ситуаций.