НА КРЮЧКЕ

– Да сам он умер! Падлой буду!

– Может, и будешь…

Видя, с каким ужасом Лумарь смотрит на его руки, Сивый поднял с пола металлический прут, чуть покачивая увесистой железякой, приблизился к пленнику.

– Да вали его, чего тянуть, – посоветовал сзади Киса. Небритая челюсть приятеля ходила ходуном. Ничуть не смущаясь мрачноватой обстановки, подельник преспокойно утолял голод толстенным бутербродом.

– Зачем же спешить. Сначала он нам про камушки все выложит, а заодно колонется подробнее насчет смерти Шмеля.

– Е-мое! Я же тысячу раз все рассказывал! Сердце у Шмеля не выдержало, а может, почки – не знаю. Только, когда мы бродили по лесу, он за грудь постоянно хватался.

– А машина, значит, мимо проехала?

– Проехала, – потерянно пробормотал Лумарь. Судя по всему он и сам чувствовал, что слова его звучат неубедительно. – Откуда мне знать, с чего Шмель вдруг загнулся. Я же не лепила. А тех ребяток я бы точно сковырнул. Первой же пулей. Они уже, считай, в прицеле были…

– Ну и?

– Что «ну и»! Тут как раз Шмель на меня и повалился.

Я даже не вкурил сперва, что с ним такое. Весь белый стал, захрипел, за винтарь мой ухватился. Короче, пока то да се, машина и укатила.

– Красиво поет, а? – Сивый оглянулся на помощников. Главбух с Кисой стояли возле дверей гаража с каменными лицами. С бутербродом было уже покончено, и Киса медлительно вытирал волосатые руки о скомканную салфетку. На человека, вздернутого к потолку, он глядел с тем же выражением, с каким еще недавно смотрел на поедаемый бутерброд.

– Выходит, камушки уплыли, машина уехала, и Шмель вовремя загнулся. Так, получается?

– Ясное дело, грузит! За лохов нас держит.

– Огонек под ним распалить, и сразу все вспомнит.

– Слыхал, что кореша толкуют? – Сивый вновь обернулся к снайперу. – Не верят они тебе.

– Но я же правду говорю.

– А мне сдается, другая правда была. Рассказать, какая? – Сивый приблизился к Лумарю еще на шаг. – Так вот, голубь. Камушки у тех ментов вы в конце концов добыли.

Наверняка, и долю тебе Шмель отстегнул. Он пахан правильный был, не жадничал. А вот тебе, сучонку, мало показалось. Ты же у нас крутой! Вот и решил оприходовать товар целиком – Шмеля там же на месте и кончил, а камушки прибрал. Я ведь знаю, на какие деньжата тот чемоданчик тянул. От такой суммы у кого хочешь крыша поедет.

– Не брал я никаких камней!

Сивый хлестко ударил прутом. Лумарь взвыл, извиваясь, закачался на тросе.