Дерево на твоем окне

– Слышал, что люди предлагают?

Я не выдержал его взора, потупил голову, как провинившийся школяр. На глаза попались волосатые пальцы горбоносого. Татуировок на них не было, и это меня почему-то удивило.

– Ты меня глазками не ешь, голубок. Я не цивильный, – прозорливо разгадав мои сомнения, горбоносый ехидно шевельнул пятерней. – У меня, фраер, работа такая, что ручки пачкать нельзя.

– Щипач? – блеснул я эрудицией.

– Не твоего ума дело, фраерок. Главное, в остальных местах все, как положено.

– Может, покажешь? – тускло предложил я. Отступать было некуда, и, как в былые студенческие годы, это чуточку придало решимости. Я человек не самой большой храбрости, но все-таки еще не забыл: на ринг страшно только выходить, а уж когда выйдешь – поневоле станешь бойцом. Кроме того, эти ребятки не знали и не могли знать, что меньше месяца назад я потерял любимого человека. Парадокс, но и потери могут порой наделять силой. Я был смущен и я был растерян, но я вовсе не думал бояться этой парочки.

– Может, ты из этих – из перекрашенных?

– Ишь как запел!

– А как ты хотел! – я поднял голову. – Я таких приблатненных миллион перевидал.

– Интересно, где ты их мог видеть? В кино, наверное… – в голосе горбоносого сквозила отчетливая насмешка. Все-таки скверно я рядом с ним смотрелся. Ну, никак не вытягивал нужной роли.

– Так что, покажешь что-нибудь? – я туповато шагал по той же нелепой тропке. – Купола или что там у тебя…

– Нет, голубь, я тебе не девица из стриптиз-бара.

– Ты не пугай, – я скосил глаза на притаившегося вблизи Сержика. Пока он выжидал и пребывал в засаде, но фигура паренька казалась крепкой, и я не сомневался, что главной угрозы следует ждать именно от него.

– Зачем мне тебя пугать. Испуг – дело пустое, – собеседник ухмыльнулся. – А вот боли все боятся. Когда иголки под ногти или там утюжок к спине…

Пока я немо открывал рот, не зная, что ответить, горбоносый знакомым движением извлек зажигалку. Как видно, таких игрушек у него тоже были полные закрома. Раздался жестяной щелчок, и наружу вырвался язычок пламени. Над этим самым язычком он и задержал свою жестяную ладонь.