Бас, Кулак и Гитара

Он человек авторитетный, а авторитет необходимо подкачивать.

Усваивая информацию, мы оглушили еще по стакашку.

– Мда… Значит, подкачивать, говоришь?

– Ну так, конечно!

– Вообще-то он уркаган или нет?

– Вроде нет. Хотя с ментами и блатными у него вроде полный ажур. Никаких разборок вот уже второй год. И мэра он частенько сопровождает. Совсем как пес.

– А кто у нас мэр? – поинтересовался Вараксин, вонзая вилку в заливное.

– Принципиально не помню! – гордо ответил Адольф. – Я им что, нанялся, знать их имена и фамилии? Пусть мою сперва выучат, тогда, может, и я… – он дребезжаще хихикнул.

– Тогда за оптимистический задор? – Джон с мрачным лицом поднял свой стаканчик.

– За него! – я присоединил свою посудину. – Где, кстати, твоя обсерватория, Адольф? Ее с моря-то видно?

– А як же! Если отойти к самому берегу или отплыть, скажем, на катере, то обязательно разглядите. Такой белый шарик.

– Ага, видел такие! Не помню где, но видел.

– Так они здесь всюду.

– А почему – шарик?

– Хрен там, шарик! Это издалека, а вблизи… Вблизи моя обсерватория – все равно что задница. Белая и пухлая!

– Как в той сказке, да? Шел мужик, попу кивал. Чем мужик попу кивал?

Адольф рассмеялся.

– Да нет, правда! Глянешь иногда утром, и прямо оторопь берет. Торчит этакая среди гор и лыбится! А после доходит: это ж вызов, парни! Самый натуральный!

– Да брось ты!

– Точно вам говорю! Во-первых, форма, во-вторых… Мы же за НИМ подглядывать вздумали! Понимаете? Словно в замочную скважину.

– Ничего себе – скважина! От горизонта до горизонта!

– Дело в другом. Скважина – это все наши хитрющие линзы и рефлекторы. У меня рассуждения простые… Что положено человеку от рождения? Два глаза, два уха и совесть, правильно? Ан, нет! Нашему брату мало, – давай выдумывать радио— и телескопы. И ведь не из любопытства, – из жадности! Что нам в том космосе, если разобраться? Лет этак через десять, один хрен, завалим себя жрачкой и электронным хламом по самую маковку.

– Не Гоголь, но тоже хорошо, – одобрил Вараксин.

– За космического философа Адольфа! – Джон проворно разлил по стакашкам вино. Дело свое он знал.

– Это ты в точку! – «космический философ» хлебнул и поморщился. – Хотя, правду сказать, не астроном я, ребятки.