Хроники космического пирата

Сам бы лез и пробовал. Я попытался представить себя в роли телеведущего, сконцентрировал импульс и выплеснул из себя.

– Сам дурак! – не меняя интонации и выражения лица, проговорил диктор, освещавший до того ситуацию на Ближнем Востоке.

Никогда до этого я не встречал человека, который так радовался тому, что его обозвали. Марик Бергман едва не подпрыгивал.

– Ещё! – постучал он по телевизору, я ощутил неприятную вибрацию. – Скажи ещё что-нибудь.

– Не стучи, – велел ему диктор, в очередной раз оборвав новости, – в лоб схлопочешь!

– У-ты мой красавец! – Бергман припал к экрану губами, оставив на нём мутный след.

Если б я мог сплюнуть, обязательно сплюнул бы, но за неимением рта оставалось только праведно возмущаться.

– Марик, – сказала Бергману девушка, рекламирующая женские гигиенические средства, диктора сменила реклама, – ещё раз так сделаешь, прокляну!

– Ладно! – гений отошёл от экрана на несколько шагов. – Теперь попробуй перейти в ультразвук. Погоди, – поднял он руку, – я принесу звуковой сканер.

Он пропал из поля зрения, вместо него показалось симпатичное Лидочкино лицо.

– Как ты? – она протёрла салфеткой след, оставленный губами Марика. – Живой?

Не уверен, разве можно быть живым, не имея тела. Кстати, как оно там. Я хотел уточнить это у Людочки, но не успел, в комнату, волоча что-то странное, вернулся Бергман.

– Давай! – он щёлкнул тумблером на приборе. – Начинай! Только разочек, – пообещал он, – и сразу назад!

Я попробовал сделать голос тоньше, получилось вроде комариного писка.

Марик досадливо поморщился. Я взял выше, потом ещё, по расплывшейся физиономии друга понял, что у меня получилось. Я стал выдавать заученные слова, фразы, стрелка на сканере прыгала, отмечая исходящие от телевизора ультразвуковые волны.

– Молодец! – Марик снова нагнулся к экрану.

– Только попробуй! – предупредил я голосом диктора, и тут меня отключили.

Снова полёт, цветные круги. Резкий свет. Я зажмурился, не понимая, где я и что происходит.

– Серёжа! – меня легонько похлопали по щеке, я открыл глаза и увидел Лидочку. Её лицо казалось встревоженным, пахло нашатырём.

– На, понюхай!

Она поднесла резко пахнущую вату к лицу, я очнулся окончательно. Выбрался из преобразователя, немного мутило. В остальном – всё в порядке.

– Ну, старина! – на плечо сзади легла рука Марика. – С меня причитается!

– Ящик! – обернулся я к другу. – Французского!

Разумеется, я имел ввиду не шампанское.