Ковид. Вымирание

– Порадуете меня? – спросил он и попытался изобразить улыбку.

Доверительная седина на висках, мягкий тембр голоса и добрые глаза делали Тедроса Иисуса человеком приятным в общении. Именно так характеризовали Доктора в публичном поле: коллеги, пациенты и официальные лица.

– Надежды нет, – не моргнув глазом, спокойно ответила Мелита, – Российский проект полностью провален.

Доктор Тедрос в очередной раз подметил управленческий потенциал Мелиты Букич – такой уверенный тон способен смягчить худшую весть.

Выйдя на сцену к трибуне, отгороженной от зала стеклянной стеной, Тедрос Иисус снял шлем и респиратор. Он оглядел пестрое собрание. Защитная одежда разных стран сильно отличалась, рождая футуристичную интерпретацию национальных костюмов.

– Я искренне считал, что самый тёмный день моей карьеры случился одиннадцатого марта двадцатого года, когда мы официально объявили вспышку коронавирусной инфекции пандемией, – начал диалог с миром Доктор Тедрос. – Я ошибался. Сегодняшний день войдет в историю, как большее зло.

Говорил мужчина на хорошем английском. Выступление из Женевы транслировалось более чем в сто стран мира, рискуя собрать рекордную аудиторию для одиночных, публичных заявлений.

Никто не мог вообразить, что ВОЗ к нынешнему 2024 году станет столь популярной.

– Многие уже слышали, что сегодня Всемирная организация здравоохранения обновит свой Кодекс протоколов – основной рабочий документ, в который серьезные изменения не вносились уже несколько десятков лет, – продолжил Тедрос Иисус, – Беспрецедентность сегодняшних изменений в их масштабе.

Доктор Тедрос в очередной раз с замиранием дыхания посмотрел на заголовок, лежащей перед ним печатной версии доклада. В нём значилось всего одно слово, которое язык не поворачивался произнести.

Вдруг Тедрос почувствовал, как что-то скользнуло по его лицу, а затем увидел, как кровь капает и тут же впитывается пористой бумагой жуткого доклада. Поднеся руку к лицу, он понял, что у него от волнения пошла носом кровь.

Большинство из миллиарда зрителей по всему земному шару сочувственно ждали продолжения сенсационного заявления.

Кровавый казус выглядел чрезвычайно символичным.