Биография Кришнамурти

Nethercot, The Last Four Lives of Annie Besant (London: Rupert Hart Davis, 1963), 159.]. Несмотря на насмешки, открытое неприятие и саботаж со стороны Теософского общества, включая некоторых ключевых его членов, миссис Безант была непоколебима, как скала, – она твердо верила утверждениям учителей, что Кришне предстоит стать «проводником» Будды Майтрейи. Перед отъездом в Англию миссис Безант заказала мальчикам полный английский гардероб у лучших портных Бомбея. Когда они прибыли на станцию Чаринг-Кросс, где их встречали члены Теософского общества, Кришна был одет в норфолкскую куртку и брюки.

Миссис Безант поселила ребят в доме своей подруги, миссис Брайт. Вот как описывает Эстер Брайт подопечных Анни Безант в своей книге «Анни Безант, воспоминания и письма»:

Именно в этот дом Анни Безант привезла своих двух юных протеже из Индии – братьев Кришнамурти и Нитьянандама. Там мы их и разместили. Было очень интересно наблюдать их реакции на реалии западной жизни. Мальчики были чрезвычайно застенчивы и сдержаны, но очень живо реагировали на все, что происходит в нашем столь своеобразном западном мире, и нередко относились к нам весьма критично! Особенно, что касается риса! «Похоже, миссис Брайт не вполне понимает, насколько сильно мы любим рис», – заявил однажды Нитья очень строгим и внушительным тоном.

Это был очаровательный юноша с серьезным лицом и дружелюбными любознательными глазами. Необычайно тонкая и богатая натура в хрупком теле индуса. Анни Безант очень привязалась к этим мальчикам, она всеми силами старалась окружить их любовью и добротой. Было радостно наблюдать за ними всеми[39 - Esther Bright, Old Memories and Letters of Annie Besant (London: Theosophical Publishing House, 1936), 134.].

Вот что писала миссис Безант 29 ноября 1911 года, когда ей случилось ненадолго разлучиться с Кришной:

Посылаю тебе огромные волны любви, подобные тем, которые с грохотом накатываются на побережье. Только мои волны не сбивают с ног, а обнимают и хранят это драгоценное тело, в которое предстоит облечься Владыке.

Я люблю своего собственного милого Кришну, то эго, которое я любила так много лет. Сколько именно лет? Я не знаю. С тех пор как мы еще были прыгучими животными, охранявшими хижину нашего учителя? Возможно, еще дольше, – возможно, с тех пор, когда мы были растениями и соприкасались нежными побегами под палящим солнцем и грозовым дождем. А может быть, мы были минералами – о, очень и очень давно.