Эквальдония. Во сне и наяву

Спустя шесть секунд стены рухнули и пол зарос травой с цветами. Парта превратилась в лавочку и где-то вдалеке, у моря, виднелся закат.

– Прекрасное место! – восхитилась Бриана и прокрутилась на месте. – Ты его сам выдумал?

– Нет. Это Анды, в южной Америке. Тут не высоко. Я любил сюда забираться и думать обо всём, что угодно. Ну, а лавочки здесь не было.

– Впечатляет. Это твои первые успехи после смены одежды?, – я так понял, что Бриана меня хвалит.

– Спасибо.

Она засмеялась и села на лавочку.

Хм… она явно заигрывает со мной.

– Ты на велосипеде умеешь кататься? – спросила восхищённая Бриана.

– Да, я даже какое-то время занимался, – сказал я и прокатился на заднем колесе.

– Неплохо. Можно мне? – она встала и протянула руку.

Я прокрутился на заднем колесе и подал ей велосипед.

– А ты умеешь кататься? – спросил я, усомнившись в её способностях.

– Сейчас посмотришь, – она прокрутила педаль и в момент сделала несколько вело-трюков.

– Хах! – я усмехнулся сам над собой. – Во сне мы можем всё! В том числе и кататься на велосипеде не хуже Альберта Контадора Веласка.

По выражению её лица я попал в точку, но кто это такой она не имела понятия.

– Сколько сейчас времени?

– Ну… около четырёх, – она улыбнулась и слезла с велосипеда.

– Так много? Мы же здесь только десять минут.

– Здесь иногда время идёт быстрее, а иногда медленнее.

– Может, прогуляемся по каньону? – мне хотелось сменить обстановку. Ну и, может быть, наткнуться на что-нибудь интересное.

– Ну давай, – она летящей походкой направилась к своей двери, которая была вмонтирована в скалу. – Идём!

Я подошёл к двери и открыл её. Бриана вышла, а я за ней.

– А хочешь, я покажу дверь моего брата?, – спросила Бриана. Ему снятся очень красочные сны, но он их не запоминает и поэтому там можно неплохо потренироваться.

– Давай, я с удовольствием посмотрю на него, хотя бы во сне.

Мы прошли до первой двери левее двери Брианы. Она была синей с чёрными полосками, которые проходили по диагонали. Ручка, за которую Бриана дёрнула, была в виде пистолета, рукоятка которого вставлена в дверь.

Войдя мы не услышали ни сирены машин, ни скрывающихся бандитов, которых я уже на представлял себе.