Темные тропы

Работаю здесь, гуляю здесь, баб трахаю здесь. Наверное, и помирать здесь придется, – медленно проговорил он с некоторой неприсущей ему грустью. – Привык. У себя в квартире просыпаюсь и не узнаю стен. Как в гостинице. У меня там даже тапочек нет, сюда привез. Думал, женюсь, буду гостей домой приглашать…

– А у меня теперь и дома нет, – подперев голову кулаком, равнодушно сказала Лена. – И неизвестно, будет ли.

– Будет, Ленок. Казенный или свой – обязательно будет. Давай вмажем, а то меня что-то на философию потянуло, а нам с тобой философствовать вредно.

Можно головы потерять.

После второй рюмки Лена почувствовала, как оттаивает. Вкусная еда всегда на нее действовала расслабляюще, а водка возбуждала и делала рискованно компанейской.

– Пойдем потанцуем, – без всякой надежды предложила она, точно зная, что Николай откажется.

– Иди, танцуй, а я пока к своим загляну, – вставая, ответил Буздырь. – Гуляй, Ленок. Веселись. Я тебя потом заберу. Иди, дай жару этим засранцам.

В этот вечер Лена отплясывала так, будто навсегда прощалась с молодостью, страной, где эта молодость прошла, или жизнью. Обманутые ее раскованностью, к ней подсаживались разновозрастные ловеласы с шампанским и водкой, ананасами и осетриной, чего было предостаточно и на ее столе. Пьяные командировочные, удачливые коробейники, подающие надежды, молодые аль капоне, мистеры иксы, не достигшие статуса новых русских, а потому ищущие лекарство от меланхолии в ресторанах – все они по очереди потянулись к столику одинокой красавицы, и с каждым Лена сплясала хоть полтанца, а с некоторыми даже и выпила.

В этот вечер ей два раза предлагали руку и сердце, раз пять звали прокатиться к морю в качестве подруги и несчетное количество раз откровенно или менее откровенно намекали на койку в разных районах необъятной столицы. В ответ на все приглашения и щедрые посулы Лена хохотала, делала губки бантиком и томно говорила:

– Я подумаю.

За весь вечер Николай возвращался к столику всего дважды.

Он убеждался, что его подружка на месте, и снова уходил к себе в кабинет звонить по телефону. Чувствуя себя покинутой, Лена тем не менее не скучала. А где-то ближе к полуночи, когда гуляния достигли наивысшего накала, из-за нее случилась драка. Один из кавалеров, молодой и с бабочкой под подбородком, настойчивый как покоритель Эвереста, устроился за столиком напротив Лены и попытался влить в нее как можно больше водки.