Яблочный пирог

С вешалки на меня смотрел колючий узорчатый свитер. Колючий, но любимый. В этом контрасте есть правда жизни.

Внизу стало тише, лишь с кухни плыли легкие обрывки фраз. В доме пахло новыми духами, мускатным орехом и фирменной маминой курицей. На кухне царила самая умиротворенная картина из всех возможных: усевшись на диване, Оливер гладил котенка, который прижимался к его ноге, отец и Гейл Нильсон стояли у окна, что-то тихо обсуждая, изредка размахивая руками и похлопывая друг друга по плечу, мама расставляла тарелки, привычно сжав губы.

– Тебе помочь? – я подошла к духовке, проверяя курицу.

– Лучше расскажи, где ты его нашла?

– Мамуль, это Оливер, он сам пришел, – я состроила непонимающую гримасу.

– Вообще-то меня позвали, – отозвался он, разочарованно цокнув языком.

– Бет, – шикнула мама, – это не культурно, хотя бы не при мне.

– Хорошо-хорошо, – пропела я, подходя к дивану, – мы гуляли с Молли, когда она вдруг пропала из виду, я нашла ее лаявшей на котенка, который сидел на дереве и решила забрать.

Тем более, даже если он чей-то будет лучше самим дать знать о его находке, чем оставлять мокнуть.

– Я могу сделать флаеры, – предложил Оливер. – Расклеим завтра утром.

– Спасибо, – улыбнулась я, – и спасибо за шалаш.

– Он твой, – пожал плечами сосед. – Не стоит благодарностей.

– Ты сохранил его.

Оливер шумно набрал воздуха, – да, не мог же я выбросить свой шедевр, тем более он тебе был дорог. Я ставил на то, что он не потерял актуальность.

– Он правда много значит для меня, – я помолчала, – особенно сейчас.

Стол покрылся синей скатертью, на которой, как по волшебству, стали появляться первые огоньки длинных свечей, тарелки, словно цветочные поля, усыпанные узорами и завитушками причудливых растений. Бокалы наполнились вином. За разговорами обед плавно перетек в ужин. Звенели добрые пожелания, смешные истории, смех выходил из берегов и казалось, что так мы собираемся всю жизнь. Воск свечей медленно капал на подсвечники. Под потолком висело какое-то общее, объединяющее чувство легкости.

Оливер сидел напротив, изредка подмигивая мне и подливая вина. Мне стало так тепло и спокойно, я старалась не думать, как долго со мной пробудет это ощущение, но здесь, в дорогом доме, в окружении улыбок близких, запахе леса и терпкого вина, я растворялась.

Небо переоделось ко сну. Поздний вечер застыл морозной свежестью на улице. Я открыла окно, впуская воздух. Вдалеке мигали молнии, гром рыкал, как зверь, заточенный в клетке.